Борис Мир - Данэя (СИ)

Генетики, ведущие воспроизводство человечества, обладали огромнейшими возможностями: анализ большого ряда данных показал, что с помощью подбора они могли формировать качество потомства весьма точно. Если использовать максимум возможностей подбора – вероятность появления отстающих в развитии в пять-шесть раз меньше стабильно существующей. Конечно, она обеспечивалась путем ощутимо большего перебора и обсчета данных, то есть затрат энергии и времени работы суперкомпьютера. Но это не делалось: возросшие возможности генетиками использовались лишь для стабилизации соотношения будущих интеллектуалов и “неполноценных”.

Итак, вывод ясен: человеческое потомство преднамеренно формировалось в соответствии с потребностью существующего социального устройства. В том, чем руководствовались при этом, сквозил голый, грубый прагматизм.

Йоргу не оставалось ничего другого, как признать стабильность качественного состава потомства результатом отнюдь не только случайным. Но, казалось, это его нисколько не смущало.

Да, можно было повысить качество потомства – но какой ценой? На данном этапе, когда столько задач, требующих полной отдачи всех сил и средств? Пока эти задачи стояли как главные, Совету воспроизводства казалось совершенно неуместным ставить вопрос об увеличении затрат для улучшения качества потомства. Оно и сейчас достаточно удовлетворительное, что уже обходится слишком не дешево. Во всяком случае, много удовлетворительнее, чем можно ожидать при воспроизводстве, к которому предлагают вернуться: без специального подбора. Это, по-видимому, очевидно для всех и так! Йорг не выглядел растерянным, застигнутым врасплох: аргументы его звучали веско.

“Ищи и учись! Слушай, что говорят друзья – и враги!” – эти слова Лала Дан повторял не раз. “Без специального подбора”: Йорг, уж никак не желая этого, сам натолкнул Дзина на ценную мысль – сделать статистический анализ потомства, полученного таким образом. Конечно, в первую очередь, надо взять сведения по детям, произведенным на свет “полноценными” матерями – но таких пока ничтожно мало для достаточно надежного закона распределения: в ближайшем времени эта группа будет ещё слишком малочисленной. К тому же, кроме детей Дана и Эи они все ещё маленькие.

Но – “без специального подбора”! Существуют такие и среди производимых на свет роженицами: осторожность заставляла оставлять лазейку в строгом генетическом подборе – из-за боязни полной утраты каких-то качеств. Эта группа – хоть и малочисленная по сравнению с остальными – всё же значительно превышала рожденных собственными матерями. Почему это сразу не пришло ему в голову? А, ладно – не до того: почему да отчего! Не с ним первым это. Нашел, всё-таки, натолкнулся – ну, и хорошо!

Дан поддержал идею Дзина. Оба они сходились во мнении, что при всей напряженности обстановки на дискуссии, усугублявшейся день ото дня, торопиться с докладом комиссии нельзя. В этом они расходились со многими – что обстановка, хоть и со значительными колебаниями складывается не в их пользу: далеко не всем хватало, как Дану, понимания того, что всё происходящее – только начало, что победа не придет ни легко, ни сразу, – что борьба предстоит длительная, и необходимо запастись терпением. Продолжающиеся бесчисленные выступления всё более укрепляли Дана в этом, далеко не радостном, взгляде.

Результаты исследования потомства со “случайным подбором” оказались поразительными. Да, среди них была больше доля отбракованных, ставших “неполноценными”, чем среди остальных: порой значительно, иногда не очень, так как их количество колебалось по годам – но больше всегда. Этого следовало ожидать: такой результат не обескураживал ни Дана, ни Дзина.

Но одновременно выяснилось и то, чего не ждали: среди появившихся на свет от “случайного подбора” было много больше наиболее одаренных людей. Дан с удивление обнаружил в этом списке имя Лала и свое.

И Йорга!

То, что Дзин не публиковал промежуточные результаты работы комиссии, в тактическом плане оказалось весьма ценным: доклад его прозвучал как взрыв и смел впечатление от множества выступлений – в чем-то сочувствующих, в чем-то сомневающихся, без конца уточняющих, – люди снова вернулись к самому главному.

Три кривые на одном графике, который демонстрировал Дзин. Кривые распределения индекса способностей потомства, полученного путем трех методов подбора: основного – применяемого генетиками, оптимального и “случайного”.