Уличная магия 1 - Бал (СИ)

Молчит. Жмурится от моих чуть более активных действий. И все-таки сдавленно стонет, утыкаясь в ухо. Вот, так-то лучше. Альфа-ублюдки тоже бывают слабыми, просто признай это.

Вытащив пальцы, тяну Учиху на выход. Мы мокрые, а в доме прохладно, но обоим плевать. Все равно придется вернуться сюда еще раз, да и сейчас нам будет не до легкого ветерка.

Моим полем боя станет кровать. Его постель. Мстительно толкаю Саске на мягкую темную ткань с блеклым серым рисунком. Приподнимаю бровь, разглядывая взъерошенного иллюзиониста.

- Тумбочка. Верхний ящик.

Лезу в указанное место, достаю презерватив. Дотошно медленно надеваю, дразня и его, и себя.

- И часто ты снизу? – с усмешкой разглядываю императора, чувствуя жаркие волны возбуждения. Его сдержанность заводит похлеще битвы.

Удивляюсь. Обычно, притворяясь центром галактики, Саске не позволяет своим чувствам пробиться в глаза. Такое я видел только раз, когда мы обсуждали его варево на кухне.

- Ни разу не был.

Я верю ему? Верю. И для меня такой ответ похлеще любого удара, любой раны, любой боли. Кому и что он пытается доказать? Почему именно я? Возможно… возможно, он уверен, что так сможет возненавидеть меня еще сильнее? Если я сделаю ему больно? Если почувствует унижение и…

Трясу головой, сбрасывая груз мыслей. Смело разводя ноги Саске, ложусь сверху и упираюсь ладонями около шеи.

- Почту за честь, - тихо выдыхаю, снова припадая к губам. Порывисто прижимаюсь к члену Учихи своим, трусь, отвоевывая новый стон. Появляется шальная мыслишка сравнить размеры наших достоинств, но я сразу отбрасываю ее. Пока Саске покорен, надо действовать, а не играться с огнем.

Направляю себя в достаточно растянутый анус и выпрямляюсь, чтобы видеть Саске полностью. Первый толчок неприятен даже для меня. Учиха сдавленно рычит, наверняка мысленно разрезая меня на тысячи кусочков или насаживая на раскаленный кол. Откуда такие данные? Да по взгляду видно.

Борясь с желанием толкнуться глубже, ощутить больше, осторожно приподнимаю ноги Саске и укладываю себе на плечи. И было бы странно, если бы он сразу же подчинился. Дергается, пытаясь лечь в прежнюю позу, но я не позволяю и толкаюсь глубже, проникая почти до основания.

Шипит и терпит. Мужик.

- Тупица!

- Знаю.

- Больно же!

- Да, – кусаю Учиху за ногу, успешно пряча за ехидством беспокойство. Дотягиваюсь до его члена, поглаживаю, надрачиваю. Помогает. Он расслабляется и едва заметно кивает, позволяя продолжить.

В эту секунду осознаю, что это не я трахаю Саске. Трахают меня, и не важно, что это мой член у него в заднице, а не наоборот.

Сердце гоняет кровь, и я сразу теряю голову. До чего же сладко чувствовать Учиху вот так. И дело даже не в соперничестве или ненависти, просто это прекрасное ощущение – обладать желанным. Пусть временно, но он тут, рядом, позволяет мне творить такие вещи с его телом…

Через какое-то время, начинаю чувствовать легкую отдачу его бедер. Встречные движения смелые, но не резкие. Учиха шепчет, что ненавидит меня, между стонов обругивает всеми известными и неизвестными нелестными эпитетами.

А я, сполна насладившись позой, отпускаю его ноги, меняю угол проникновения и ласково целую. Все это даже лучше, чем я мог предположить. Лучше, чем в самых смелых фантазиях. Жарче, резче, так пошло… Да, пошло. Границы дозволенного и недозволенного стерлись, две субстанции смешались, настолько глубоко проникнув друг в друга, что разъединить уже невозможно.

Саске получает удовольствие. В какой-то момент перестает это скрывать, но, заметив, что я наблюдаю за ним, размашисто бьет ладонью по лицу. Пощечина. Ловлю руку, кусаю у запястья, ласково целую и прижимаю к своей щеке. Пусть злится. Мне достаточно увиденного.

Одним взглядом говорю: «бей, если хочешь. Бей, если тебе это нужно. Я готов принять любую боль, которую способны причинить твои руки». Даже если сейчас он достанет из-под подушки нож и воткнет в сердце - я буду счастлив.

Потому что Саске хорошо со мной, как бы он не пытался это скрыть.

Второй оргазм сильно отличается от предыдущего. Во-первых, он длиннее, во-вторых, мощнее. Сносит голову, сметает разум, разливается огненной лавой по венам. Ради этой секунды я могу и душу продать без сожаления.

Спасибо тебе, жизнь, за то, что позволила побывать в объятиях неба.

Вытаскиваю член и не колеблясь соскальзываю ниже. Учиха как натянутая струна, ждет прикосновения пальцев гитариста. И я готов притронуться. Касаюсь губами головки напряженного члена, одновременно обхватывая его рукой у основания. Горячо и терпко. Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь решусь на подобное? Никто. Однозначно.