И замираю, тяжело дыша. Член стоит колом, ноет, напряжение гуляет по телу, твою мать, я так его хочу! Уже неважно как, лишь бы был моим!
- Саске… – ладонь ложится поверх губ. «Заткнись», значит. Плавали - знаем. Другой рукой Учиха неторопливо поглаживает мой живот. Медлительный засранец!
Еще ниже, ниже… чувствую руку у себя на члене. Так приятно. Расслабляюсь. Ладно, хорошо. Ты будешь первым. Бери всё без остатка!
Смотрю прямо в глаза. Долго и пронзительно, стараясь взглядом донести решение. И как по волшебству Саске меняется на сто восемьдесят градусов. Убирает руку. Целует в губы очень-очень нежно. Не ожидал, что он так умеет. А-а-а… знаю. Хитрец. От его поведения сейчас будет зависеть мое поведение потом. Вот в чем дело.
Саске тоже понял, что в этой комнате нет победителей и проигравших. Есть просто первый и второй. И я признаю его первым.
Теперь можно не драться. Можно наслаждаться. Саске встает, куда-то уходит. У меня маленький перерыв-самоподготовка. Хорошо, что я почти ничего не ел сегодня, как знал, что окажусь снизу.
Возвращается со смазкой, презервативом и какой-то… резиновой фигней. Специально купил что ли? Пытаюсь показать взглядом, какой он идиот. Ухмыляется в своем мерзком стиле. Ладно-ладно, говнюк, я запомню.
Приготовления. Он прям как перед выступлением. Берет подушку с дивана, кладет рядом со мной.
- Ложись на живот.
Фыркаю, но слушаюсь. Атмосфера странная. Скажем так, не очень привычная. Саске размышляет, как со мной быть нежным. Не был же никогда.
- Хватит думать, а то поверю, что ты складывать в уме умеешь.
- Тупица, - слышу смешинки в голосе. А мне вот не смешно, а как-то нервозно и страшновато. Закусываю губу в ожидании.
Саске касается поясницы. Поглаживает, как кота. Потом рука исчезает и возвращается спустя минуту. Скользит по спине к заднице. У-у-у, блин. Это ведь Учиха же.
Моего ануса касается нечто холодное и скользкое. Та резиновая хрень. Замираю.
- Успокойся, - похоже, он тоже волнуется. - Я буду аккуратен.
Резко выдыхаю, расслабляясь. Штука для разминки проскальзывает внутрь. Вначале она тонкая, это терпимо. Саске мягко толкает глубже. Задыхаюсь. Стонать не буду, ни за что!
Целует голую спину. Чувствую горячие губы на лопатке, затем на пояснице. Черная солома чёлки ползет по коже. Плаг погружается постепенно. Очень медленно. Саске терпеливый. Признаюсь, этого от Учихи я точно не ожидал.
- Потерпи, - мягко двигает назад и снова толкает вперед. Мычу от боли. Боже, ну что за пытки. - Наруто.
От неожиданности распахиваю глаза. Зачем позвал, я же тут лежу, на расстоянии в десяток сантиметров.
- Ты сдерживаешься, - шепчет на ухо. Меня снова обдает приятным запахом Саске. - Здесь никто ничего не услышит. Можешь кричать, если больно. Или если хорошо.
Какой же гад! Таких поискать и никогда не найти.
- Ты услышишь, - мой голос хриплый и слабый. - Этого достаточно.
- Настолько не доверяешь? - теперь он серьезен.
- Тебе трудно доверять…
- Сейчас ты можешь. Можешь довериться, - снова целует. За этим маленьким разговором перестаю замечать плавные движения внутри. Заталкивать эту штуку слишком глубоко Учиха не считает нужным. Наверное, у основания она в диаметре больше, чем его член. Наконец, он вытаскивает плаг и обводит пальцем мой сжимающийся анус.
Пьяно хихикаю, но смех резко обрывается, когда до ушей долетает шуршание ткани и звук разрываемой упаковки.
Минута ожидания. И первый толчок. Сильный, властный, даже грубоватый. А за ним водопад успокаивающих поцелуев. Такой вот Учиха.
Разговор и правда помог. Я, кажется, начинаю стонать в голос. Касаюсь пальцами ануса, обтягивающего его возбужденный орган, запакованный в презерватив. Ощущения острые, болезненные, странные. Но мой член полыхает, еще чуть-чуть - загорится. Пытаюсь лечь удобнее, чтобы ласкать себя. Саске помогает, тянет за бедра на себя, ставит на четвереньки.
- Придурок… урод… ублюдок… - шепчу, провожая ругательствами первые толчки. Больно. Жарко. И неудобно. Хочется вытолкнуть из себя его член. Учиха снова чувствует, без слов, без лишних знаков. Останавливается, касается рукой головки. Кладет руку поверх моей и ласкает. Вернее, мы делаем это вместе.
Тело горит. Губы соленые от пота. Облизываюсь и из-за толчка не сдерживаю стона. Всё продолжается, но теперь иначе. Хочется сильнее, больше, жестче. Срываюсь, толкаюсь бедрами навстречу, насаживаюсь на член Учихи. Запрокидываю голову с усталым стоном. Я и правда очень устал. Это трудно, особенно быстрый темп. Забывшись, кричу. Он должен быть доволен этим, хотя, может быть и сам сейчас где-то в другом мире.
Читать дальше