Хамид Эф - Отшельник

– Уж! Это ж надо, так напугать! – Осмелев, он взял её за хвост и швырнул в воду. Вынырнув, уж с негодованием посмотрел на человека и заскользил восвояси. Шамиль расхохотался. Нервное напряжение, наконец-то, спало. На душе стало легче, появилась уверенность в благоприятном исходе. – Пойду искать наших, – решил он, натягивая ещё непросохшую одежду, и пошел к плотине.

Она представляла собой большое естественное сооружение. Каменные глыбы громоздились хаотично. Некоторые из них качались, когда он наступал на них, и тогда становилось немного не по себе. С внутренней стороны завала вода завихрялась воронками. Небольшой кустик полыни быстро затянуло на глубину. Вода фильтровалась здесь через пустоты. Она как бы выдавливалась через плотину сотнями шумных белых струй. Ниже метров на сорок разрозненные потоки сливались в единое русло.

Пройдя плотину, Шамиль пошел берегом, тщательно осматривая окрестности. Выйдя к знакомому ущелью, он увидел дымок костра. От нетерпения он почти бежал. – Кто же там? Друзья или враги?

Из-за большого расстояния было ещё невозможно различить силуэты этих людей. У него радостно вздрогнуло сердце – за каменной глыбой, у костра, стоял Паук. – Наши! – Он бежал, забыв об опасности, о возможности захвата Паука бандитами. Его заметили. Навстречу бежали Майя и Серёжа. Серго Сабирович радостно махал рукой.

Ребята затормошили обрадованного Шамиля, повели к костру. У Серёжи была перебинтована рука, лицо Газизова в кровоподтёках.

– Досталось вам! – жалостно сказал он, не видя собственное расцарапанное лицо. Уплетая завтрак за обе щеки, он рассказывал им о своих злоключениях, то и дело принимаясь расспрашивать их самих.

– Теперь они не решатся напасть на нас открыто, – сказал Серёжа.

– В открытую, может, и не нападут, – хмуро промолвил Серго Сабирович, – а из засады могут.

– Кто они, и что им от нас надо? – спросил Шамиль.

Газизов помолчал и нехотя сказал: – Это люди Крэбса, с которым я имел несчастье повстречаться во время войны. Видимо, хотят продолжить со мной знакомство. Хватит об этом, позже расскажу подробнее.

Майя подошла к Пауку. – Ой, ребята! Посмотрите, сколько здесь дырочек! Просто чудо, что никого не задело!

Ребята занялись было осмотром Паука, как вдруг над ними, на вершине горы, раздался сильный взрыв.

– Бежим! – Серго Сабирович схватил Майю за руку и увлек её к пруду. Серёжа с Шамилем – за ними. С вершины катилась каменная лавина. Мелкие камешки сыпались как град, больно колотя тело. Задыхаясь от догнавших их густых клубов пыли, спотыкаясь и падая, они наконец добежали до воды и с ходу попрыгали в пруд. Отплыв метров двадцать от берега, оглянулись. На месте их лагеря стояла высокая и непроницаемая стена пыли.

– Вот они нас и подкараулили! – Серго Сабирович рассмеялся. – А мы всё равно живы. Фортуна не совсем ещё отвернулась от нас. Пора домой, ребятки. Как бы там дальше не сложились обстоятельства, но в своём доме и стены помогают.

Выплыв на другой берег, обсохну в и обсушив одежду, они отправились в обратный путь. Шли долго. Ночевали прямо на земле, карауля по очереди. К дому дошли на исходе второго дня. Газизов первым осторожно прокрался к избушке, осмотрелся, отомкнул замок. Все было на своих местах, ничего не тронуто.

Изголодавшиеся ребята набросились на еду и сытые завалились спать. Проснулись на следующий день к полудню, вялые бродили по комнатам, пещерам. После пережитых острых ощущений на них напала апатия и лень. Серго Сабирович же подолгу сидел в кресле, о чём-то думая.

Шамиль заикнулся было о постройке нового Паука, но его никто не поддержал. С Пауком было связано столько страшных минут, что о нем не хотелось даже и вспоминать.

Огромным шаром, с размытыми от облачной пелены очертаниями материков и океанов, вращалась планета. Перемещалась по ней постоянно линия терминатора – граница дня и ночи. Циклоны и антициклоны гнали массы воздуха и облаков, даруя людям то погожую погоду, то дождь или снег.

Он знал её даже лучше, чем свою далёкую и милую Эфенеиду. Лучше? А может, он просто хочет убедить себя в этом, принимая желаемое за действительность? Он знал об этой планете гораздо больше, чем люди, её населяющие, но тревожное чувство чего-то непознанного и непонятного не покидало его.

Сегодня его сканер спас жизнь четырёх человек. Он нарушил строжайшее запрещение о невмешательстве в дела людские из-за девушки, гибель или бесчестие которой не в состоянии был допустить.