Игорь Самарский - Пятница

Выполняя свою задумку, Катерина расставила на звериных тропах, проволочные петли

– силки. Она все же хотела поймать маленькую обезьянку. Из своего небольшого опыта,

она уже поняла – на острове крупных хищников нет. Это доказывало и то, что по ночам,

никто не кричал и не ревел, как она знала из книг о дикой природе. Небольшие

хищники, которые регулировали популяцию обезьян, конечно были. Но это были или

дикие кошки типа рысей или маленькие леопарды. Птиц же было – великое множество.

Но попугаев она не заметила.

Силки простояли неделю и остались пустыми. Она стала их тщательнее маскировать.

Но эффекта не пока было.

Вообще, иногда, она становилась на колени в своей пещере и благодарила Бога, за то

что он не дал ей умереть, за то, что он подарил ей такой прелестный кусочек суши,

который дал ей возможность жить, в полной гармонии с природой..

Глава 26

Николай прогуливался возле здания МВД. Была уже глубокая осень.

Дворники сгребали с тротуаров желто-красную листву, устраивая возле тротуаров

лиственные кучи. Однако их работа была похожа на бессмысленный труд, потому как,

листва опадала с деревьев постоянно. Особенно сильный листопад был тогда, когда

сырой осенний ветерок, начинал резво раскачивать макушки могучих тополей,

каштанов и вязов.

Город жил своей обычной размеренной жизнью.

Николай ждал свою давнишнюю, школьную любовь – Лиду, которая, очень удачно

окончила милицейские курсы и сумела устроиться в систему МВД. Он знал, что она

окончила заочно юридический. В школе она была толстушкой и хохотушкой. Николай с

интересом поглядывал на зарешеченные окна первых этажей здания милиции и

фантазировал – как может выглядеть его школьная «любовь», по прошествии 20 лет?

Лида была не замужем и этого он и опасался больше всего.

Наконец в дверях мелькнуло знакомое лицо.

Лида оказалась полной, крашеной блондинкой, с лейтенантскими погонами на плечах.

Николай с удовлетворением от метил, что она мало изменилась со школьных лет и ее

улыбающееся лицо, это подтверждало.

Она его конечно узнала и подбежала радостно блестя глазами. Николай по-дружески

обнял ее, осторожно, мягко потискав для приличия и реабилитации воспоминаний

молодости. Лида со смехом отстранилась.

– Пусти боров! Задавишь! Привет малыш. Ты не изменился совсем.

– Привет крошка. Ты тоже. Только похорошела больше, – он улыбнулся.

– Не лги Казанова! Я привыкла к твоей лести еще со школы и знаю – чего она

стоит…. Вообще ко мне на людях не прижимайся, – она показала глазами на

видеокамеры, установленные над входом здания и на его углах.

Николай, сделал понимающее лицо, подмигнул и в полголоса начал разговор:

– Послушай Лидок. Есть одна просьбочка, связанная с ваше ментовкой. Ты

знаешь, я работаю на серьезного человека…

Лида подняла брови. Николай стушевался и попробовал исправить ошибку.

– Да нет. Ты успокойся. Это не то, что ты подумала. Никакого криминала.

Просто бизнесмен. К тому же бывший афганец…В общем серьезный. Так вот ! Я у него

как правая рука. И у нас не так давно возникла проблема. Без вашего департамента

нам ее не решить…

Лида сокрушенно покачала головой и закусила губу. Николай выжидательно на нее

смотрел. Она осмотрела улицу и ее глаза пристально вонзились в зрачки Николая.

– А я то дура думала… Думала, что ты решил со мной встретиться, – она

тяжко вздохнула. Николай молчал, опустив голову. Его руки суетливо стали рыскать в

карманах в поисках пачки сигарет. Лида помолчала. Николай мелком заметил, как она

судорожно несколько раз сглотнула. Он, наконец, нашел сигареты и прикурил

трясущимися руками. Эта встреча его не на шутку взволновала. Хотя минуло уже

столько лет, но те, юношеские чувства, вдруг неожиданно нахлынули и заставили

путаться его мысли. Он прокашлялся и хрипло проговорил:

– Пойми Лидок. Это было детство. Молодость наша. Прости, если я тебя

тогда, как-то обнадежил…

Лида подняла на него набухшие от слез глаза. Он снова смутился, оглянулся на

видеокамеры и взял ее под руку.

– Лидок. Пойдем посидим в кафешку….Не могу я здесь.

Лида мягко высвободила руку и они медленно побрели по тротуару, каждый, наедине,

со своими мыслями.

Возле хлебного магазина, приютилась маленькая кофейня. Они вошли. Приятный

запах кофе, немного отвлек их от грустных мыслей. В кафе было только четыре