Андрей Козяев - Восхищение

А костер тем временем хоть и нехотя, но все-же разгорелся радуя и согревая путников своим теплом. И в его свете, стало видно, какой густой и плотный туман окутал все вокруг, и куполом навис над костром.

– Хороший туман. За сто метров нас никто уже и не увидит, – довольно бормотал Олег, – он как масло, хоть на хлеб бери и намазывай.

И только он хотел предаться размышлениям и порассуждать об опасности грядущего дня, как Вера уже закончила греть ужин. Немного свиной тушёнки и сваренного еще пару дней назад риса, таким был сегодняшний ужин. Впрочем, как и вчерашний, и день до того, лишь порции все уменьшались. Так как путь предстоял еще долгий, и голод становился естественным состоянием. Девочка разложила еду, честно оставив себе самую маленькую порцию, а тарелки протянула мужчинам, и сама уселась между ними.

Глаза ученых заблестели при виде долгожданного ужина, а мышцы глотки стали активно сокращаться, удаляя избыток обильно выделяющейся слюны из ротовой полости. Они уже собирались наброситься на еду, как…

– Постойте. Вы ничего не забыли? – спросила Вера и протянула руки, – А как же молитва?

– О нет! Серьезно? Мы уже по три раза в день молимся. Я чувствую, что скоро смогу воду в вино превращать. Ты меня больше не заставишь. К тому же посмотри вокруг. Зачем молиться тому, по твоему мнению, между прочим, по чьей воле мы оказались в такой ситуации? И ты знаешь я как ученый, и тем более атеист, не могу это принять. Так что хватит навязывать мне свои убеждения, – стал протестовать Александр и с наигранным негодованием смотрел на девочку пытаясь вызвать в ней чувство вины.

Но не сработало.

Привыкшая к такой реакции Вера настойчиво тянула руку, – Ну давай, ради меня. Двадцать секунд всего. Не помрешь. Болтаешь больше.

Ученый понял, что спорить бесполезно и нехотя, но все же согласился.

Все взялись за руки, и Вера стала читать.

– Бог, спасибо за пищу эту, спасибо, что не оставил нас. Веди нас и дальше, и мы последуем за тобой. Пожалуйста, утоли голод тех, кто нуждается, дай сил тем, кто ослаб, вылечи тех, кто болен. Аминь, – удовлетворённая девочка отпустила руки ученых.

– Аминь, – хором повторили мужчины и принялись есть.

Олег достал самогон, разлил себе и другу. Не чокаясь, они выпили, и Олег разлил еще. – Думаю мы сбились с курса, – сказал он. – Жаль Вити с нами нет. Это было по его части, между прочим. Так что, если придем не туда, я не виноват.

– А ты бы лучше в карту почаще смотрел, а не сказки про людоедов рассказывал, – отвечал ему Александр. Он уже закончил свой ужин и теперь, периодически попивал самогон, вытянув длинные ноги к еле горящему костру, все еще пытаясь согреться.

– Ах да. Каннибалы, повсюду эти нелюди. Скажите спасибо за мою осторожность, ведь мы все еще живы благодаря мне. Но как человек может так пасть? Эти твари сняться мне, и не дают спать по ночам. Скажи мне мой друг, может ли быть что-то более омерзительное чем это? – Олег разглядывал свой стакан со спиртным, словно гадалка хрустальный шар, как будто пытался найти в нем ответ.

Александр на мгновение задумался. Ему совсем не хотелось вступать в полемику с товарищем. Ведь все как обычно закончиться бранью, и все равно каждый останется при своем мнении. Но алкоголь и желание показать умственное превосходство все-таки заставили его говорить.

– Друг говоришь? Так вот, как друг, я тебе заявляю, ты слишком много пьешь, и поэтому плохо спишь. У алкоголика, как говориться, сон крепкий, но короткий. А про людоедов ты уже достал своими разговорами, ты говорил о них вчера, и позавчера, и вот тебе моя позиция на эту тему. Я считаю, антропофагия лишь способ выживания в данных нам условиях, приспособленчество. Новая Зеландия, внутренняя Африка, Папуа Новая Гвинея, во всех этих местах еще недавно процветало людоедство. Даже в мирное время, до прихода долгой зимы. Также это было способом выживания у неандертальцев. Это всего лишь механизм самосохранения. Просто у кого-то срабатывает курок этико-морали, а у кого-то религиозного самоубийства и они не могут это сделать, даже под угрозой собственной смерти. А кто-то может, и я не знаю, хорошо это или плохо. Мясо есть мясо, чтобы выжить, нужно есть, – Александр хотел было уже закончить размышления, но его голову посетила еще одна мысль.

– Антропофагия синоним людоедства, но людоедство не тождественно каннибализму. Технически, любое животное, съевшее человека, является людоедом. А человек, съевший человека является… правильно – каннибалом. И вот к чему это я. Люди деградируют и становятся животными пытаясь выжить. И их нельзя в этом винить, это их защитный механизм, скорее всего врожденный. Поэтому я не буду называть их каннибалами, я буду называть их людоедами, или антропофагами. Тем самым принижая тяжесть совершенных ими, не отрицаю, все-таки преступлений, – теперь закончив, глубоко выдохнул, так как произнес всю речь почти на одном дыхании, и опустошив стакан, протянул Олегу за новой порцией.