Но мы ушли от темы. В это время, а именно в середине восьмидесятых, в Москве, в аспирантуре учился один молодой человек, родом из дальнего сибирского города. Кому-то ведь надо было в Сибири учить студентов, вот и послали молодого человека сначала самому научиться, а потом вернуться в Альма Матер. Звали его Олег и жил он в общежитии в центре столицы. Народ там, в общежитии, был интернациональный, со всей планеты. В том числе и «братушки» с восточной Европы. А Олег был парень любопытный и, познакомившись с болгарскими соседями, стал учить их язык. А после болгарского решил взяться за сербохорватский, ну и за польский следом. Самоучители и словари тогда продавались, а книжный магазин «Дружба» стабильно обеспечивал дефицитной в СССР детективной и приключенческой литературой. Но на языках восточной Европы. А Олегу это и нужно было. Будучи книголюбом от природы, он покупал интересную для него литературу, напечатанную в странах социалистического лагеря, и читал ее, совершенствуя свои лингвистические способности. Что интересно, в школе и институте он учил немецкий язык, но за десять лет вместе с учителями и советской системой изучения иностранных языков выучил только несколько фраз типа «Die Kinder arbeiten in Garten» 1 1 Дети работают в саду – пер. с немецкого
, ну и «hande hoch» 2 2 Руки вверх – пер. с немецкого
, конечно. Все. А здесь, чисто из интереса, за одни год – четыре языка (вместе с английским). По крайней мере, на всех четырех Олег мог читать художественную литературу без словаря. А на болгарском еще и бегло говорил.
Тут можно добавить, что Олега «заводили» рассказы его болгарских приятелей, про то как и куда они ездят на каникулы. Большей частью, конечно, поездки были в самой Болгарии, но и в другие страны социалистического лагеря тоже. Особенно любили прокатиться в Венгрию и Чехословакию. И Олег не понимал, почему те же болгары могут ездить по странам СЭВ 3 3 Совет экономической взаимопомощи – союз стран социалистического лагеря
, а советские граждане – нет. Вернее, теоретически они тоже могут, но практически путевки купить было нельзя. Вроде никто не запрещает ездить «за кордон», но попасть туда было невозможно, в отличие от болгар, чехов, немцев и венгров. Даже в Румынии, которая при Чаушеску жила еще хуже, чем СССР, и то было проще поехать за границу. В общем, наслушавшись рассказов своих дружбанов, Олег твердо решил попасть хотя бы в ту же Болгарию, и в этом ему должны были помочь его зарубежные знакомства, как бы зловеще это ни звучало, для тамошнего СССР .
И вот, завязав многочисленные дружеские отношения с болгарскими студентами, он стал вхож в их довольно замкнутый круг. Благодаря знанию языка, конечно. А через год один из его приятелей привез ему официальное приглашение на посещение Болгарии летом 1986 г.
Вот тут и возникла интересная ситуация. В те годы, я имею в виду середину восьмидесятых, у КПСС были еще серьезные позиции. И чтобы аспирант вуза мог съездить за границу по приглашению, его характеристику сначала должны были одобрить на комсомольском бюро института (Олег был комсомольцем), потом на партийном бюро, а потом уже и в райкоме КПСС. Да… тогда – это вам не сейчас… Все было серьезно… На высоком политическом уровне. Теперь так не умеют… Впрочем, подобную процедуру проходили все, кто мечтал поехать за границу. Без внимательного «мониторинга» кандидата на выезд, с анализом его родословной вплоть до Великой Отечественной войны, никого никуда не выпускали. Во всех анкетах был вопрос о наличии среди родственников интернированных, бывших в плену или проживавших на оккупированной территории. И не дай Бог, если бы оные оказались… Накрылась бы вся заграница «медным тазом». А как им не быть, когда вся западная часть страны вплоть до Москвы и Волгограда была в свое время оккупированной…
Ну да ладно. То уже все прошло. А в чем была суть характеристики, которую с усердием согласовывало такое большое количество ответственных лиц, никогда в жизни не видевших и, соответственно, не знавших соискателя? Несколько строк, что, мол трудится/работает там-то и там-то с такого-то числа. Ну а главными во всей этой писанине были слова «политически грамотен, морально устойчив». Всё. Если подтвердят – готовь вещички, если нет – то распаковывай их обратно.
В нашей истории все закончилось тем, что Олега никуда не пустили. В Болгарию то есть. Почему? А по очень простой причине: так как наш молодой человек жил и был прописан в общежитии, то он не мог, в свою очередь, сделать ответное приглашение в СССР своему болгарскому приятелю. А тот, соответственно, мог обидеться, причем не только на Олега, но и всю на нашу страну Советов. Поэтому, чтобы не создавать международный скандал, и, как говорится, от греха подальше, лучше вообще никому никуда не ехать. Таково было решение райкома КПСС. Можно сказать – «соломоново решение». Все. Вопрос закрыт.
Читать дальше