Леонид Резников - Синдбад

– Там же полкоманды!

Сорви-голова рванулся к фальшборту, но Синдбад опередил его. Перевалившись через перила, он скатился к воде по дергающейся лестнице.

– Куда ты, несчастный? – крикнул ему вслед Сорви-голова, хватаясь за голову. – Ты же погибнешь. Мы все погибнем!

Девушки были совсем рядом, когда Синдбад, обогнув сбившихся в кучку напуганных моряков, выбежал навстречу сиренам и выбросил руку в их сторону.

– Остановитесь, женщины!

– Мы не женщины! – рявкнула оказавшаяся самой сообразительной, но все же остановилась. Позади нее полукругом стали остальные.

– А кто? – воззрился на нее Синдбад.

– Мы – порождение огненного дыхания Иблиса, нашего владыки и повелителя!

– Фу-у, – выдохнул с облегчением Синдбад. – Всего-то? А я уж было решил…

– Хватайте же его, сестры, хватит ему глумиться над нами!

– Вы все сестры? – не поверил Синдбад.

– Разумеется! И мы все очень голодны.

– Э-э, в каком смысле? – дрожащим голосом поинтересовался один из моряков.

– В обоих! Мы вас будем любить, пока не высосем из вас все соки!

– Ой-ё! – Моряк закатил глаза и оплыл на песок.

– Да хватайте же их, чего вы стоите?

Девушки рванулись вперед, но их остановил резкий окрик Синдбада.

– Стойте! Так не пойдет.

– Почему? – удивилась одна из сестер.

– Как это? – спросила другая.

– Запросто! Я – великий Синдбад, и меня достойны любить только избранные красавицы!

– Разве мы не хороши для тебя?

– Гхм-м, – смущенно прочистил горло Синдбад. – Ну, если честно, то мне нравишься вот ты, – он указал на заляпанную смолой и опилками девушку, – и еще ты. Да, ты, с молотком, у которой такие сильные женственные руки. И ты, и еще ты. – Палец уткнулся в двух перепачканных сажей с торчавшими дыбом, просмоленными волосами. – Остальные девушки, так сказать, прошу извинить.

– Вы слышали, сестры? – гордо выступила вперед та, что в пятнах и опилках. – Ему нравлюсь я.

– А мы? – недоуменно переспросили другие девушки.

– А вы… Ну, сами понимаете. – Сирена важно вздернула носик.

– И откуда ж ты такая шустрая взялась, а? – грозно спросила старшая.

– Да все оттуда! – презрительно отозвалась чумазая девушка.

– А ты не лезь, старая карга, – поддакнула другая «избранная» с черной паклей волос на голове.

– Кто карга, я?

– Ты!

– Ах ты ж, стерва просмоленная! Гаси ее! Их! Всех!

– А-а-а!!!

Девушки, потеряв всякий интерес к мужчинам, бросились мутузить ни в чем не повинных сестер, дружно, всем скопом. В ход шло все, до чего могла дотянуться рука: инструмент, палки, камни, заколки. Над пляжем стояли вой и гвалт. Нет, все-таки женское побоище и в самом деле нечто неописуемо-непостижимое…

– Чего вы встали, ослы? – прикрикнул Синдбад на моряков. – Быстро сталкивайте корабль, пока они опять не опомнились.

Синдбад первым подбежал к форштевню и уперся в него плечом.

– Т-так! И вот т-так!

К Синдбаду тут же присоединились все остальные. Упавший в обморок, пришел в себя и тоже поспешил на помощь. Мышцы у людей трещали от напряжения, ноги, скользя, погружались в мокрый песок, но корабль мало-помалу отходил назад. И наконец, дернувшись, судно просело – дальше дно резко уходило вниз – и пошло назад, ведомое раздутыми верхними парусами.

Моряки посыпались в воду, но мгновением позже вскочили и припустили к веревочным лестницам, болтающимся в воде. Взобраться на борт было делом пары минут.

– Сестры, нас опять надули! – очухалась одна из девушек.

Великое побоище разом стихло. Окровавленные, в оборванных туниках, девушки сгрудились у воды, глядя на разворачивающийся в метрах двадцати от берега корабль.

– Стойте, куда вы? Назад! – закричала старшая, подпрыгивая и приседая в бессильной злобе. – Ну, попадись ты мне еще раз, паршивый Синдбад!

– И тебе всего доброго, прелестная незнакомка, – крикнул в ответ Синдбад, в прощальном жесте помахивая рукой.

Старшая только плюнула с досады в спокойную морскую гладь, повернулась и побрела к расщелине. Остальные потянулись следом за ней, низко опустив головы, загребая ступнями песок и то и дело оглядываясь и кидая горестные взгляды на удаляющийся корабль.

– И все-таки я никак не возьму в толк, мой юный друг, как же тебе удалось отвадить грязных тварей? – спросил Сорви-голова, когда они с Синдбадом, сидя в капитанской каюте, приканчивали кувшинчик вина за успешное освобождение от сирен.

– Все очень просто, уважаемый Сорви-голова, – произнес Синдбад, занюхивая очередной стаканчик соленым огурцом. – Грязные твари, как вы их назвали, терпеть друг дружку не могут. Я удивляюсь, как они живут столько лет вместе и до сих пор еще живы!