Array Катори Киса - Абсолют

Ивар широко распахнул глаза и, кашлянув, растерянно спросил:

— А что тебя не устраивает в подобном положении вещей? И мне неясно, почему ты говоришь об этом так, словно обязан проходить какую-то повинность…

— До недавнего времени это и было повинностью, — вздохнул Скорпиус. — Трудно трахать кого-то, когда совсем не хочешь это делать.

— Да уж, не поспоришь, — усмехнулся Ивар, но затем продолжил вполне серьезно: — Вот только ты не совсем на тот вопрос ответил. Конечно, ты можешь и не отвечать вовсе, это твое право, но коль наш разговор повернул в такое русло… Мне показалось, или ты считаешь для себя трахнуть мужчину чем-то… как бы правильно подобрать слово… чем-то не совсем правильным? Но при этом вполне одобряешь свою позицию снизу? Так что ли?

— Нет, — Скорпиус хмыкнул и отпустил его руку — ведь аппарировать они пока, похоже, не собирались, так и стояли лицом к лицу в темноте. — Я сомневаюсь, что если мне когда-нибудь вдруг захочется трахнуться с другим мужчиной, кроме Гарри, я захочу сделать это снизу. Но давай уточним, мы говорим о сексе вообще или о сексе с ним, потому что это два совершенно разных понятия для меня.

Несмотря на то, что фраза кому-то могла показаться абсурдной, Ивар явно понял то, что хотел сказать Скорпиус.

— Я не любитель залезать конкретно в чью-то постель, — чуть смущенно проговорил он. — Но, наверное, сделаю исключение, — с улыбкой сообщил он, правильно рассудив, что Скорпиусу нужен этот разговор. — Рассказывай, что там у вас. Точнее, судя по всему — у тебя.

— Есть такой врач, колдопсихолог, — сообщил Скорпиус со вздохом. — Мне кажется, он должен быть похож на тебя сейчас. Поэтому скажу как врачу: у меня всё очень сложно. А Гарри со мной — ещё сложней. Но вот в подробности я вдаваться не хочу, ведь это касается в первую очередь его. О себе бы рассказал, а так… — он покачал головой. — Скажу только, что да, я действительно считаю правильным распределение ролей, когда я снизу. Независимо от своих желаний.

— И, похоже, независимо и от его желаний, — поделился выводом Ивар. — Ты действительно считаешь это правильным? — спросил он. — Давай попробуем абстрагироваться от личностей и поговорим как-будто обобщенно? Не замыкайся, думаю, я не ошибаюсь, что тебе хотелось бы поговорить на эту тему.

— Вот как раз от личности абстрагироваться никак не получится, — фыркнул Скорпиус. — От личности всё и идет. Я не знаю, каким ты его видишь, но для меня Гарри Поттер всегда был символом. В нашем мире он Герой, Икона и Власть. Я с детства знал, что буду работать под его началом и всегда робел перед этим знанием, — Скорпиус помолчал немного и добавил слегка удивленно: — Знаешь, теперь я думаю, что сексуальное желание — это лишь закономерное следствие всего того, что я к нему испытывал. И испытываю сейчас, хотя теперь я вижу в нем больше человека, чем Икону.

Все-таки как вовремя Ивар выключил свет! Потому что справиться с собственным лицом у него не получилось бы даже под страхом смертной казни.

— Боже… Я видел, что ты воспринимаешь его будто идола, но Скорпиус… — запнулся он, боясь перегнуть палку. — Каким я его вижу, сейчас не так важно. Не забывай, у меня к нему несколько предвзятое отношение. Но сейчас я испытал к твоему Поттеру нечто похожее на сочувствие. Насколько я успел заметить, он совершенно не кичится своим супергеройским статусом, а это значит, то, что слепое идолопоклонство ему не нужно. И я прав… он видит в тебе тот же огромный потенциал, что вижу и я. Потому, наверное, набравшись терпения, закрывает на многое глаза — полагаясь на время и, конечно, на тебя самого. Но на твоем бы месте, — продолжил Ивар, тяжело вздохнув, — я бы приложил массу усилий, чтобы снять Поттера с пьедестала как символ и поставить его рядом с собой как любимого человека.

— Я стараюсь, — Скорпиус опустил голову, как делал это всегда, когда чувствовал вину. — И у меня уже даже немножко получается. Но, боюсь, он даже не предполагает, какая между нами пропасть у меня в голове.

— Я не могу утверждать, но все-таки мне кажется, что ты ошибаешься, — возразил Ивар. — Во всяком случае, он должен догадываться. А может, он специально гонит от себя такие мысли и намеренно делает вид, что ничего не понимает. И не потому что жалеет или не хочет давить на тебя. Потому боится услышать то, что услышал я. И это, правда, Скорпиус, страшно… Получается, ты испытываешь чувства не к нему, а к проекции в своей голове — удачно и органично наслоив ее на живого Поттера. Давай сыграем в игру, — предложил Ивар. — Я буду задавать вопросы, а ты должен на них дать точный ответ. Проговаривать ответ вслух необязательно.