Array Катори Киса - Абсолют

Он пошел к сидящей на ветках сове.

— Да уж куда мне, — с еле уловимой грустью хмыкнул Ивар.

Скорпиус снял с ветки сову и любовно прижал к себе.

— Я готов к перемещению, — сообщил Ивар уже ровным голосом и протянул Скорпиусу руку.

— Это всего лишь аппарация, не бал, — усмехнулся Скорпиус и сжал его ладонь — только не ту, что Ивар протянул как для рукопожатия, а ту, что расслабленно касалась бедра. — Расслабься, — шепнул насмешливо.

— Ага, меня сейчас скрутит в узел, потом потурзучит по пространству, а затем я снова развяжусь. Ты прав — сплошной релакс, — усмехнулся Ивар, но все же послушался и закрыл глаза.

Скорпиус по обыкновению появился минута в минуту в назначенный срок. Гарри сильно сомневался, что неведомый доктор Шу был столь же пунктуален, а, значит, Малфой намеренно оттянул своё возвращение.

— Мистер Поттер, — кивнул он ему и улыбнулся. — Рад сообщить, что с совой все будет в порядке.

— Я рад, — коротко бросил Гарри. — Ивар передал бумаги? — он смерил Скорпиуса тяжелым взглядом и продолжил: — И разве ты кого-нибудь видишь в кабинете, кроме нас двоих?

Скорпиус вытащил свернутые в привычный для него свиток бумаги, подошел к Гарри и, прежде чем отдать, ответил:

— Даже у стен есть уши. Если мы не хотим пересудов, лучше потерпеть. И потом, — он выразительно посмотрел на Гарри. — Если я привыкну, то когда-нибудь могу забыться.

— В моем кабинете стены глухи и немы, — процедил Гарри. — И если кое-кто очень боится пересудов, то остановиться никогда не поздно. А если кое-кто переживает за меня, то не стоит, — припечатал он. — О чем вы говорили с Маккоем помимо сов? — резко меняя тему, спросил Гарри.

— О разнице между нашими расами, — Скорпиус положил бумаги на стол и отошел. — После визита к врачу я аппарировал его в NCA и вернулся домой, чтобы пообщаться с Уччи. Так зовут сову, — он помолчал немного, а потом добавил тихо: — Я вижу, что ты зол, и не могу понять, почему. И боюсь, что вынужден разозлить еще больше. Я не имею права стать объектом пересудов такого рода. Я не хочу останавливаться, но буду вынужден, если ты хочешь обнародовать наши отношения.

Тишина в кабинете стала почти осязаемой.

— Вот как… — наконец, выдавил Гарри. — Я понял тебя, — выдохнул он. — А теперь иди в свой кабинет. Рабочий день оканчивается ровно в шесть. Сегодня задержек не предвидится. Во всяком случае, в твоем присутствии необходимости нет. Я останусь для итоговой сверки отчетов. Аппарируй домой и занимайся своими делами. На работе я буду допоздна, поэтому меня не жди, — закончил он.

Все это было сказано настолько спокойно, будто речь шла об ингредиентах к зелью, а не об их отношениях. О том, чтобы обнародовать их связь, он и не думал даже. Но услышать от Малфоя категорическое «нет» было очень неожиданно. Неожиданно отрезвляюще. А еще он не думал, что у него язык не повернется сказать все Скорпиусу прямым текстом. Но насколько Гарри помнил, намеки тот понимал лучше всего.

Скорпиус бросил на него всего один взгляд, но этого взгляда хватило, чтобы, несмотря на злость и обиду, у Гарри защемило сердце. Он уже развернулся было к двери в свой кабинет, но потом остановился.

— Моя мать очень больна, — сказал глухо. — Она посадила здоровье, растя меня, и только пару лет как пребывает в относительно стабильном состоянии. Скандал убьет её. Это не пустые слова, однажды у нее уже был сердечный приступ. Она единственный человек в моей семье, которого я действительно люблю.

Осознав услышанное, Гарри замер. Всего в нескольких предложениях таились трагедия женщины, что изо дня в день находила в себе силы растить сверхнеобычного ребенка, и страх за нее уже выросшего взрослого сына, который пытался оградить мать от новых переживаний даже ценой собственных чувств. А он, Гарри, ничего лучше не придумал, как полоснуть по живому.

— Я… я не знал, — глухо выдавил он. — Прости.

— Это ты меня прости, — Скорпиус резко развернулся. — Как всегда я сначала говорю что-то, а потом объясняю. Надо наконец-то научиться делать наоборот, и, возможно, я сумею перестать обижать людей, — голос у него дрогнул, но он всё-таки сдавленно добавил: — Хотя бы тех, кто мне особенно дорог.

Гарри кивнул и перевел взгляд на принесенные Скорпиусом сводки, почувствовав себя самым настоящим придурком. И что еще хуже, очень жестоким придурком.

— Сегодня мне действительно нужно остаться, — сглотнув вставший в горле ком, произнес он. — Пока тебя ждал, ничего не успел сделать. Все из рук валилось.