Андрей Ильин - Дойти до горизонта

В 16.30, перескочив полосу прибоя, плот ткнулся носом в берег. Разом соскочив в воду, мы взялись за каркас, рывками, на гребешках набегающих волн, вытянули плот на песок.

— Приехали! — счастливо сказала Монахова и села на мокрый песок. Я, еще не осознавая привалившего нам счастья, шагнул от плота в сторону и почувствовал, как земля явственно качнулась вбок. Ища опору, я шире расставил ноги. Что такое? Уж не землетрясение ли? Это было бы слишком. Я посмотрел на Васеньева. Он шел по берегу, комично переваливаясь на ногах, как на ходулях. Мы разучились ходить! Неделю мы занимались только тем, что уравновешивали качания плота. Теперь мне стала ясна причина шикарной, вразвалочку, моряцкой походочки, так поражающей детское воображение.

— Ну что, девочки — направо, мальчики — налево? — внес деловое предложение Салифанов.

Проза жизни безжалостно топтала романтическую поэзию морских путешествий. Разве так в детстве представлял я высадку на незнакомый, возможно, необитаемый остров?

— Командор! Мне не по нутру тишина этого атолла. Ставлю бочонок рома против пеньковой удавки, нам не избежать здесь встречи с краснокожими. Клянусь своей аркебузой, они выпустят нам потроха! — примерно так должен был сказать настоящий морской волк, ступивший на незнакомый берег. А тут — «девочки направо…». Тьфу!

Я развернулся и зашагал в указанном мне направлении — налево. Но не успел отойти и тридцати шагов, как раскалившийся на солнце песок стал чувствительно жечь мне пятки. Постоянно промокавшую войлочную стельку я вытащил из кед еще дня три назад. Я убыстрил ход, наконец побежал. Во время бега подошва соприкасалась с землей лишь на краткий миг и, не успев как следует нагреться, охлаждалась в воздухе. Чем быстрее двигаешь ногами, тем прохладнее ступням. Описав широкий полукруг, я выскочил на берег и уже по мокрому, прохладному песку вернулся к плоту. Все удивленно смотрели на меня, не находя объяснений моим физкультурным упражнениям.

— Жжется! — ответил я на молчаливый вопрос и, взобравшись на плот, стал искать стельки. Все последовали моему примеру. Экипировавшись, как подобает, мы дружно зашагали в разные стороны. Но чем дальше мы отходили, тем яснее становилась бессмысленность нашей затеи. Туристские законы явно не подходили к условиям пустыни. Песчаный пляж тянулся и километр, и два, и три. Ни холмика, ни ямки, ни даже кустика, могущих послужить укрытием, нам не встретилось. Салифанов развернулся и решительно пошел к плоту. Девчата уже были там. Они оказались сообразительней нас и повернули раньше. Теперь они без особого энтузиазма готовились лезть в воду. «Купаться», — как объяснила Монахова. Сергей выдернул из-под рюкзаков запасной шверт — фанерный лист размерами полметра на метр — и, вырезав на нем ножом "М" и "Ж", направился прочь от плота. Девчата воспитанно отвернулись. Сергей удалился метров на четыреста и стоймя воткнул шверт в песок. Скрылся за ним и тут же поднял руку со сжатым кулаком и оттопыренным большим пальцем. Мы поняли: комиссия приняла объект с оценкой «хорошо». Через некоторое время он вернулся, неся свое изобретение под мышкой. Первую береговую проблему мы решили с честью.

Лагерь решили разбить в полукилометре от линии прибоя. Вещи перетащили с плота и разложили полукругом, открытым к морю. Самое ценное уложили в середину. Издалека импровизированный бивак напоминал разрушенное фортификационное сооружение.

Валера и Сергей стали собираться в дорогу. Они должны были провести разведку в глубь территории, попытаться отыскать людей и вообще выяснить, остров ли это. Взяли они с собой немного: полдюжины банок консервов, сухари, одеяло и шесть литров воды. Все уложили в один рюкзак.

— На приключения не нарывайтесь, — пожелал я.

— Это не море, а земля! — топнул ботинком по песку Сергей. — Здесь нам сам черт не брат.

Уходили неторопливо, экономным «походным» шагом. Я долго смотрел вслед их уменьшающимся фигурам. Под обрывом они и вовсе исчезли. На душе было беспокойно — вдруг что случится? Вдвоем в пустыне. О том, что положение оставшихся не менее плачевно, как-то не думалось. До темноты было еще далеко, и я решился обследовать ближайший берег. За час дотопал до обрыва. Метров сорок, прикинул высоту. Если здесь построить десятиэтажное здание, оно не дотянулось бы до вершины. Ветер выбил в мягком известняке глубокие ниши, вытесал причудливые башенки, пирамиды. Я шел под склоном, часто и подолгу рассматривая увиденное. Скоро наткнулся на скелет какого-то животного. Выбеленные кости матово блестели на солнце. Невдалеке валялся припорошенный песком череп с парой узких, слегка изогнутых рогов. Еще через десяток шагов я чуть не наступил на кучу спрессованного известняка, из-под которого торчали остатки других скелетов, задранные вверх ноги с обрывками шкуры и темными копытцами. Наверное, склон в этом месте обрушился и погреб под собой неосторожно подошедших животных Я обошел стороной это естественное кладбище.