Fallout - Equestria

В тот же самый день пустошь лишилась больше чем символа. В кровавой резне мы потеряли город Дружбы, один из величайших центров поникультуры. Мы потеряли маленький островок мира в пустоши. Мы потеряли уверенность в том, что хотя бы укрывшиеся за стенами укреплённого города увидят новый день. По всей Эквестрии пони оплакивали умерших и страшились за живых.

И словно эти раны были недостаточно глубоки, пони пустоши потеряли ещё и голос, который взывал к ним в темноте, открывал правду и дарил надежду — голос ДиДжея Pon3. Но хотя бы эта потеря не была невосполнимой. Хомэйдж была где-то там, боролась, и голос ДиДжея Pon3 мог иногда прорываться сквозь тьму, даря искру света, хоть и ненадолго.

И даже наши враги понесли большие потери.

Аликорны потеряли свою Богиню, их проводника, наставника. Они потеряли Связь, которая объединяла их и давала им Цель. Голос, которому они подчинялись, который постоянно звучал в их головах, пропал. И многие из них начинали терять рассудок.

Сердце цивилизации адских гончих, самых жестоких и смертоносных тварей на пустошах, было разорвано на кусочки, а большая часть их популяции просто испарилась в единой вспышке зелёного некромантического пламени. Очень привязанные к дому, они потеряли его.

Даже Анклав понёс потери. Они потеряли одного из своих лидеров и очень многих своих пони в той отвратительной и трусливой террористической атаке. Сколь многие их зверские убийства были порождены горем и гневом раненой нации?

Операция "Выжигание" стоила им больше, чем они готовы были потерять. Они не ожидали сопротивления ни от врагов, ни тем более от своих. Пегасы столкнулись не только с потерей солдат, но и с потерей веры, идеалов. И чем дольше они тут находились, тем хуже становилось для них.

Из всей пустоши, возможно, только Красный Глаз ещё не понёс потерю. Но это скоро изменится.

Потери. Они не делают нас лучше или хуже, хотя и могут. Не показывают нам, кто мы есть на самом деле. Просто причиняют боль. Перед их лицом все равны. Даже самый садистский рейдер, неспособный к сочувствию, наслаждающийся созерцанием боли других, будет страдать от своих потерь.

В чёрной яме потерь мы все молили о свете.

* * *

Дитзи Ду взорвалась... и взрыв был колоссальным!

Чудесное зеленовато-золотое сияние в самом центре было столь ярким, что едва не обожгло мне глаза, и эта вспышка ещё долго стояла перед ними, даже когда я отвернулась. Из эпицентра взрыва вместе со взрывной волной во все стороны разошлось кольцо света всех цветов спектра, но таких странных оттенков, что казалось токсичной радугой.

Ракеты, что преследовали Дитзи Ду, отбросило назад, и они взорвались в считанных метрах от неё. Жидкое содержимое ракет разлетелось в стороны шлейфом жуткого адского пламени, заполнив огнём всё небо над Дитзи Ду и под ней. Хотя в неё ракеты и не попали, прогремевший двойной взрыв отбросил гуля, словно какую-то тряпку, и тело Дитзи Ду, усеянное шрапнелью (либо без сознания, либо уже мёртвое), кувыркаясь в воздухе, резко устремилось вниз. Её сияние потухло.

Но огонь и энергия, которыми вспыхнули ракеты, были едва заметны за той яростью, что только что высвободила Дитзи Ду, и их жалкие взрывы потонули в оглушительном грохоте её достижения. Взрывная волна промчалась по небу, сорвав пару крыш с тех домов Новой Эплузы, что не были сделаны из вагонов, и разбросала во все стороны обломки и бывших в воздухе пегасов Анклава.

Ну, есть ток один способ очистить такую большую территорию так быстро, — сказал мне Каламити, когда я спросила, можно ли избавиться от облачной завесы. — Эт сверхзвуковой радужный удар.

Я ещё не вполне осознала тот поразительный факт, свидетелем чего сейчас была, как взрывная волна отбросила четырёх Хищников Анклава от города, а кольцо неземного света пронеслось мимо них, унеся прочь окружавшие их облака. Они использовались в Хищниках как рабочие компоненты всех систем, компьютеров, конструктивных элементов… а грозовые тучи держали их в воздухе. Величественные военные корабли Анклава падали на землю, рассыпаясь на части. Три рухнули прямо за стенами города. Четвёртый отнесло не так далеко, и его остов опускался прямо на дома и других пони, но его вовремя подхватило поле левитации карамельного цвета и сдвинуло в сторону ровно настолько, что он упал на прочное сооружение из торговых вагонов прямо рядом с таверной «Шлагбаум».

Хотя все мои мысли вертелись вокруг названия этого феноменального зрелища, я метнулась магией к Дитзи Ду и бросила телекинетические силки под её обмякшее тело, крепко его обхватив. Она падала так быстро, что всё равно разбилась бы, но я не могла просто стоять в стороне.