Fallout - Equestria

Тык. "Ой". Тык. "Ой".

— Эти пони не участвовали в нападении на город Дружбы, — высказалась я шёпотом, наблюдая за офицером Анклава, кинувшей только что опустошенную ею бутылку Рассветной Сарсапарели в начинающую переполняться урну. Когда нас вели в клетку, я мельком увидела радиолокатор Анклава.

— Они разбили лагерь, чего-то ждут. — Я посмотрела на Дитзи Ду. — Есть какие-нибудь идеи, чего именно?

Дитзи Ду, посмотрев на меня, помотала головой, последние клочья её гривы покачались в такт её движению. Затем она повернулась к синей потрескивающей стене. Тык. "Ой".

Пегас горчичного цвета, одетый в лёгкую броню Анклава (идентичную той, которую я впервые увидела в воспоминаниях на Рэинбоу Дэш, когда она хвасталась ею перед своими друзьями), остановился во время своего обхода, поднял забрало и зло посмотрел на Дитзи Ду.

— Ты прекратишь сёдня эт, или нет? — прогремел он. — У меня от тя башка разболелась.

Тык. "Ой."

— Эй, — рявкнул пегас на меня. — Ты не можешь её заткнуть?!

— Неа, — ответила я, уловив движение краем глаза. Приглядевшись, я увидела Каламити, поднимающегося на высокую каменную гряду. Наша кавалерия прибыла.

Я сместилась и опустила голову, пытаясь выглядеть несчастной и жалкой, пряча своё лицо в копытах, чтобы позволить себе с радостью смотреть на Каламити, не выдавая его пони, следящим за нами.

Каламити, глядя вниз на пегасов, окружавших нас, приготовил Гром Спитфаир к стрельбе. Я замерла в ожидании.

Каламити всё смотрел на пегасов. И не стрелял.

— Каламити? — прошептала я про себя.

Каламити медленно отступил, убирая Гром Спитфаир, и исчез.

Дитзи Ду уронила свою доску рядом со мной: "Он не собирается нас спасать?"

"Каламити, что ж ты творишь?" — думала я, чувствуя тревогу и лёгкую обиду.

* * *

Два пегаса в устрашающей ониксовой броне вели Каламити в лагерь под приставленными к нему острыми хвостами. Рыжий Дашит шёл впереди них с высоко поднятыми крыльями.

Чёрт возьми, Каламити!

— Вперёд! — приказала одна из пегасов, в то время как техник убирал энерго-магическое поле с одной из клеток. Она подтолкнула Каламити к платформе. Он быстро развернулся, чтобы взглянуть на кобылу, пока голубое поле образовывалось между ними.

Я подошла к нему, настолько близко, насколько позволяла наша клетка. Здесь становилось душно.

— Каламити, — прошипела я. — Какого?..

Каламити печально взглянул на меня.

— Прости, Лил'пип. Я... Я прост не смог.

— После того, что они натворили? Ты шутишь?

Каламити неудобно сдвинулся и кивнул, не объясняя ничего. Но объяснение последовало почти сразу.

— Ну-ка, посмотрите, кто эт тут у нас! — Это был пегас, который разъярился на Дитзи Ду. Он бежал рысью, словно маленький жеребёнок, который только что получил свою кьютимарку. — Неужели эт мой маленький братишка!

Его маленький кто?

— Привет, Прайд, — с кислым видом ответил Каламити. — Вижу, Анклав терь всякий сброд в свои ряды принимает.

— Эй, — зашипел жеребец горчичного цвета. — Не я здесь предатель.

— Да я о другом, — ответил Каламити. — Тебя ж раза три с армии выпирали, не меньше.

— Ты знаешь его? — спросила я.

Прайд обернулся ко мне с улыбкой:

— Оу, так вы тут друзья все, что ли? — Он с наигранным удивлением смотрел то нас, то на Каламити. — Ну надо же. Маленький Каламити таки смог завести друзей. — Он закатил глаза, добавляя: — Кобыла-пигалица и монстр.

Прайд ухмыльнулся.

— Вам бы следовало найти друга получше, — мерзко произнёс пегас. — Каламити ж летающая катастрофа.

Наклоняясь поближе ко мне за пределами голубого поля, Прайд тихонько заржал, как будто хотел рассказать мне тайну. Я встала, глядя на него через энергетический барьер.

— А вы знаете, почему отец назвал его Каламити? — громко спросил жеребец.

Отец? Прайд был братом Каламити? Так вот почему он не смог выстрелить!

Вдруг у меня всплыло воспоминание о споре между нами и Вельвет Ремеди насчёт употребления мяса в пищу.

Да, мясо есть мы можем. Прост не особо его любим. Для нашего рациона не очень подходит, — утверждал Каламити. — Мои братья вечно подначивали меня на состязания по пожиранию хот-догов. Хотя обычно эт означало, что они пихали всяку дрянь мне в глотку.

Брат Каламити злобно усмехнулся:

— Потому что он убил нашу мать, появляясь на свет.

Я упала на колени, от жестокости Прайда у меня перехватило дыхание. Маленькая пони в моей голове рыдала от боли, которую такие ужасные слова должны были причинить моему лучшему другу.