Fallout - Equestria

— Скорее всего большинство жеребят должны быть внутри дома. Мы с Каламити пойдём туда и выведем их. — Я посмотрела на Вельвет. — Я хочу, чтобы ты держалась позади нас и была готова создать щит. Не хочу, чтобы кого-нибудь из жеребят ранило. — Она нехотя кивнула.

— Погодите, — сказал хаки-жеребец. — Вы возьмете её с собой? Вы в своём уме?

Вельвет Ремеди ответила ему, нахмурившись:

— Я не беспомощна.

— Ты лекарь! Ты должна держаться подальше от сражений и быть под защитой. — Я понимала его логику. Потеря Вельвет Ремеди была потерей не только одного пони, но и бесчисленного множества.

Вельвет фыркнула.

— Почему тогда меня не запереть в маленькой, красивой клетке?

Каламити приземлился перед нами, прежде чем спор успел перерасти во что-нибудь большее.

— Трое рейдеров во дворе, включая единорога с защитными заклинаниями. Два снайпера в своих укрытиях. Отдыхают внутри. — Он нахмурился. — Впереди я видел много изуродованных трупов и только двоих живых жеребят в клетках. Они позволяют собакам кусать их. Остальные должны быть внутри.

Я смотрела на Вельвет с внезапно подступившим беспокойством, так как я вспомнила те ужасы, которые встретила в библиотеке Понивилля и бутике «Карусель».

— Вельвет, ты уверена что хочешь в этом участвовать? Судя по тому, что я видела, эти рейдеры получают удовольствие от осквернения бывшего дома близких друзей Флаттершай...

Вельвет Ремеди вышла вперёд.

— Я не останусь в стороне. Пошли.

* * *

Мы с Каламити пролетели через открытое окно на второй этаж домика Флаттершай. Как только я почувствовала пол под ногами, я левитировала Вельвет Ремеди, прикрывая свою мордочку. Глаза слезились от вони. Внутри хижина оказалась ужасно грязной.

Спальня была намеренно уничтожена. Кровать, на которой ещё видна была резьба в виде бабочек, была выжжена разбитым фонарём, сгоревшие остатки использовались как туалет. Неоднократно. Картины были сняты с полок и разбиты. Книги были осквернены. Камин был заполнен грудой черепов, на некоторых ещё разлагались остатки плоти. Гниющие тушки мелких зверьков свисали со стропил. Что-то, похожее на голубоватый плющ, вскарабкалось по стене и обвило стропила, прежде чем засохнуть. Я подозревала, что рейдеры отравили землю, убив все растения и всех животных, которым не посчастливилось попытаться найти здесь еду или воду.

Вельвет Ремеди бросилась к окну, её вывернуло. Я чувствовала отвращение, но не только из-за того, что я видела и ощущала, но ещё и потому, что сама не была у окна, делая то же самое.

Вельвет Ремеди отодвинулась от окна, когда снизу донеслись голоса.

— Хочешь ножик? Маленькому Баки не нужен ножик. — Жестокий кобылий голос разразился смехом.

— Ох, дай ребёнку нож, — проворчал жеребец. — Станет гораздо интереснее.

Я медленно поползла к лестнице, Каламити впереди меня.

— Запомните, детишки... — сказал третий голос насмешливо, когда я достигла перил и глянула вниз.

Комната внизу была заполнена старыми, ржавыми клетками. Большинство пустовало, но приблизительно полдюжины жеребят было заперто внутри нескольких из них. Взгляды всех были направлены в центр комнаты, в глазах был ужас. Некоторые плакали.

Центральная часть пола была вырвана. Две кобылки и жеребёнок находились в дыре, окольцованной спутанной сетью ржавой колючей проволоки. Одна из кобылок валялась в грязи, истекая кровью из многочисленных ран, кусок плоти с гривой был вырван с её головы. Жеребёнок выглядел потрёпанным и тяжело дышал, стараясь не касаться пола одной из передних ног. И он, и оставшаяся кобылка дрожали, слёзы бежали по их юным лицам.

Рейдеры собрались вокруг их грубой, домашней версии Ямы, куря, выпивая и валяясь на мебели "украшенной" костями пони.

— ...тот, кто выживет, получит обратно тела родителей.

БАХ!!!

— Да как вы смеете!— закричала Вельвет Ремеди, поворачивая боевой дробовик ко второму рейдеру, когда первый упал. — Пустошь недостаточно тяжела? Недостаточно больна? Без вас, монстров, делающих её ещё хуже?

БАХ!!! Второй выстрел разворотил заднюю ногу и бок второго рейдера. Он с визгом обрушился в лужу крови.

— Да ещё и в доме Флаттершай?! — Вельвет Ремеди накинула свой щит на детей, продолжая спускаться по лестнице, пылая безудержной яростью. Я наблюдала, застыв на месте.

— Я оторву твою башку и выложу на блюдце! — прокричала рейдерша, ныряя за своим дробовиком.