Fallout - Equestria

Не могу передать печали, горечи и сожаления, что были в голосе принцессы Луны. Тем не менее, сколько бы боли ей ни принесли эти воспоминания, Принцесса Ночи выдержала.

'Спустя неделю в Эквестрию пришла лютая зима, чей мороз убивал как растения, так и животных. И пони по всей Эквестрии страдали и умирали от голода и холода. Но мне было всё равно. С моей яростью ничто не могло сравниться, я жаждала мести.

Мой гнев поразил не только наши земли. Перед концом, грифоны и зебры отправили убийц по мою душу. Но у них не было шансов против моей силы и моей брони, я с лёгкостью победила их.

Селестия поняла, что должна сделать. И она не могла сломить меня в моём безумии. Даже моя сестра не была достаточно могущественна, чтобы очистить моё сердце и спасти меня. Ей нужна была помощь. Требовалась... искра, чтобы использовать Элементы Гармонии на полную мощь, и было тяжело получить её, работая в одиночку.'

Слова не могут передать всю глубину эмоций, которые я чувствовала во время этих откровений. Изумление и ужас было трудно описать. Принцесса Луна дала мне время усвоить сказанное, и я рискнула спросить, почему она решила поделится этим с недостойной пони, вроде меня. Если честно, я начала беспокоиться за свою жизнь. Такие секреты были не для ушей астрономов, Королевских или каких-либо ещё.

'Я хочу, чтобы ты поняла, с чем предстоит столкнуться во время задания, которое я хочу предложить' — сказала она мне.

'Ты должна понять две вещи. Во-первых, конфликт между мной и Селестией не был, если можно так сказать, 'одноночным'. Я планировала, готовилась. Я понимала, что рано или поздно Селестия использует Элементы против меня и что другие попытаются остановить меня раньше. У меня была броня, созданная специально для меня из крайне редкого магического сплава. Я не ожидала, что сестра изгонит меня. Я предполагала, что она попытается атаковать меня, моя защита была построена на этом предположении. Моей самой большой ошибкой было думать, что она будет так же жестока, как и я.'

С этими словами она представила моему вниманию небольшой сейф. Она левитировала его на достаточном расстоянии, словно Её приводила в ярость мысль о том, чтобы прикоснуться к нему. Поставив сейф передо мной, Она открыла его ещё одним заклинанием, явив мне обугленные и покорёженные куски металла.

'Это фрагмент доспехов Найтмэр Мун.' Она велела мне взять и изучить его. Металл был лёгким, прохладным на ощупь, бледно-голубым и с необыкновенным блеском, который заставил бы серебро устыдиться. Я спросила Её, где в Эквестрии Она нашла такой металл.

'Родина этого металла — не Эквестрия. И даже не этот мир. Каждые сто лет небо нашего мира украшает метеоритный дождь. Один из них произошёл в год, когда Найтмэр Мун освободилась, и Я была спасена... В самый долгий день на тысячный год моего заключения.

Я вижу, ты сделала расчёты. Стоит отметить, что в редких случаях, может быть, раз в дюжину метеоритных дождей не все метеориты сгорают в небе. На этот раз были последствия. Во время метеоритного дождя, который произошёл в год Моего изгнания, одно из этих последствий упало в Вечнодиком лесу, недалеко от... старого замка.

Я верю в то, что зебры дали имя этому звёздному металлу и что у них гораздо больше мифов о нём, чем у нас. Мне нужно, чтобы ты отправилась в Зебратаун... можешь взять его с собой... и узнай всё, что сможешь об этих мифах.

Реакция зебр на Мою позицию была более ненормальной, чем Мы ожидали. Ради всей Эквестрии, Мне нужно понять, почему."

* * *

Прочтение этого места, в то время как я восстанавливалась, возможно, было ошибкой. Я никогда не предполагала, что раньше сделала Найтмэр Мун. Никогда. Теперь я это представила, и возникший образ потряс мою душу.

Меня переполняла ярость, хотелось кого-нибудь немедленно прикончить. Внезапно я побледнела.

Я подумала о себе. О том, как прорывалась сквозь один из магазинов в Арбе, телекинезом подбрасывая пони к потолку, чтобы увидеть их метки Арбы. Затем я открыла огонь из зебринской винтовки и наблюдала, как их горящие, бьющиеся в агонии тела падают на пол.

Я была Найтмэр Мун в миниатюре.

Но если Найтмэр Мун смогла стать принцессой Луной снова, если она смогла поднять себя с таких ужасных глубин монстра, чтобы стать любящей и достойной любви Богиней нашего поклонения, то у меня была ещё надежда. Слова в дневнике дали мне уверенность, что мои надежды были чем-то большим, чем простое принятие желаемого за действительное.