Fallout - Equestria

Каламити облегчённо вздохнул. Паерлайт отвлеклась от еды и посмотрела вверх со свисавшей из клюва зажаренной белкой.

— Тут чертёж для создания шлема из когтей адских гончих. Штука в том, что я не думаю, что единорог смог бы носить его, — сказал он. Я представила почему; у меня не было желания расставаться с рогом ради какого-то шлема. — Но из этого можно было бы сделать чертовски хорошее оружие, пожелай я кому-нить заехать головой.

* * *

"Один жеребёнок спросил меня: 'Красный Глаз, а какая у тебя кьютимарка?'"

Харизматичный голос Красного Глаза зазвучал у меня в наушнике, когда я спустилась обратно на электростанцию. На этот раз я оставила СтилХувза с Каламити. В свою очередь, Вельвет Ремеди настаивала на том, чтобы пойти со мной. И не разделяться.

"Этому жеребёнку я ответил, что не имею оной."

Я замерла, подняв копыто к своему уху. Я с содроганием подумала о пустых боках аликорнов. Красный Глаз — аликорн? Он точно говорил не как один из них. Я напрягла мозги, пытаясь вспомнить, видела ли я где-нибудь самцов аликорнов. И я не могла вспомнить ни одного.

"Естественно, за этим следовал вопрос: 'Почему, Красный Глаз?' Почему нету кьютимарки? Это потому что я сам выбрал, чтобы её не было. Почему бы мне хотеть её? Я действительно собираюсь дать какой-то картинке на боку определять моё будущее? Если я найду то, что мне действительно нравится, нужен ли мне значок на заднице, чтобы сказать мне это? Конечно же нет.

Для многих пони кьютимарка является больше напоминанием о том, кем они быть не могут. Как вы можете ожидать, что будете великим учёным, если ваша кьютимарка — грабли? Или удивительным художником, если картинка у вас на заднице — куча сена? Кто даст вам шанс?

Но если ваш бок гол, то возможности безграничны. И выбор за вами. Вот, почему я удалил свою кьютимарку. И вот, почему все Дети Единства хотели сделать то же самое. В новой Эквестрии все мы будем вознесены Богиней, освободимся от принуждающих оков кьютимарок.

Но нам предстоит ещё многое сделать, прежде чем настанет тот день. И потому, в ожидании, мы решили сами сделать первый шаг."

Когда я сделала свой первый шаг на мостик, я выключила передачу. Мне не нужно было, чтобы этот вздор угрожал моей концентрации, если секция перехода начнёт сдавать.

— Вельвет, ты останешься здесь. Я просто собираюсь пройти к тому офису...

— Потому что "не разделяться" для тебя значит именно это? — проворчала Вельвет.

Я вздохнула и постучала по мостику.

— Потому что я не хочу рисковать прилагать лишний вес... — Я замолкла слишком поздно.

— Так... ты говоришь, что я тяжёлая? — сказала Вельвет Ремеди словно шоколадным шёлковым голосом. — Именно поэтому я больше не кажусь тебе привлекательной? Я то думала, что это из-за... тележки. Но нет, это потому, что ты считаешь меня толстой.

Фейсхуф.

— Вельвет... Я...

— Ох, нет, — сказала она с дополнительным покачиванием бёдрами, когда вышла на мостик вперёд меня. — Хорошо, что ты наконец сказала мне. Все эти приключения... Я действительно позволила себе потолстеть, не так ли?

— Вельвет...

Более зрелая кобыла тряхнула гривой, когда повернулась посмотреть на меня через плечо, и надула соблазнительно губки. Я почувствовала волну возбуждения, смешанную с сильным стыдом. Она подняла копыто к своей морде, посасывая в раздумье.

— Наверное, я ещё и старею.

Во имя яростной течки Луны!

Я последовала за ней, опустив голову, используя свою левитацию, чтобы нейтрализовать большую часть своего веса. Она пытала меня весь путь. Это был длиннейший мостик в истории.

* * *

Я работала над замком двери того, что я мысленно назвала кабинетом Смотрительницы электорастанции, когда Вельвет Ремеди укусила мой бронированный комбинезон и потянула, моё воображение нарисовало две возможности. Или что-то стало не так, что потребовало тихого уведомления, или Вельвет Ремеди решила дополнить моё наказание тычками и щипками. И то и другое выглядело вполне вероятным.

Я услышала шаркающий звук внизу.

Хорошо, не наказание. Аккуратно, я положила свои инструменты, не хотелось бы выронить их в случае чего. Я украдкой выглянула за край помоста. Под нами, скрытое за здоровенными генераторами, лежало расчленённое тело Стального Рэйнджера. Задыхаясь от ужаса, я чуть не выкрикнула имя СтилХувза. Но это был не СтилХувз. Едва заметные внешние отличия в броне говорили мне о том, что этим рейнджером была кобыла. Неуклюже двигаясь, возле трупа возилось неповоротливое, демоническое существо, отдалённо напоминающее собаку, оно было в три раза больше пони в броне, которого оно раздирало на клочки смертоносными когтями, резавшими броню, будто это папье-маше.