Fallout - Equestria

"Музыка — спасение моё..."

* * *

Четыре часа спустя мы с Хомэйдж прогуливались по аллее башни Тенпони. Вельвет Ремеди была просто потрясающей. По её настоянию, Хомэйдж дала Вельвет исполнить каждую песню несколько раз, чтобы убедиться, что песни звучали идеально. К тому времени, как все песни закончились, моя угольно-чёрная спутница была совершенно выжата, и оставила нас, чтобы вздремнуть.

С того момента Хомэйдж говорила о выступлении и новой музыке, не переставая. К счастью, я не испытывала от этого новых приступов ревности. Фактически, я сама была в восхищении. Мы с Хомэйдж провели больше часа, вспоминая моменты выступления, как пара фанаток после концерта.

Первая песня очень долго была хитом в Стойле Два (и если бы мне было суждено выбирать первую песню для её бенефиса, то я несомненно тоже так поступила бы). Вторая песня была тоже популярна в дни, проведённые в Стойле. Третья была её собственным исполнением песни, спетой однажды самой Пинки Пай и первым диджеем Пон3 в Хуфбитс. Кое-что она выбрала специально для диджея Пон3 — песня, которую она начала петь в лагере Разбитого Копыта, и я была взволнована, что наконец услышу её до конца! Даже Хомэйдж проняло. Мне было приятно смотреть, как маленькая серая единорожка визжит от восторга!

Последней песней была та, которую Вельвет Ремеди написала во время наших путешествий. Та, что, как она когда-то утверждала, была обо мне. Я не могла решить, что же больше хочу: растаять или спрятаться.

Мы дошли до края мезонина, смотря на нижний этаж торгового центра Башни Тенпони, заполненный роскошными магазинами (включая один чисто винный, а другой, напротив — сырный, но он сейчас был закрыт). Когда мы приблизились к лестнице, ведущей вниз, я остановилась при увиденном. СтилХувз рысью проскакивал возле большого панорамного окна и смотрел на выставку картин, причем довольно небрежно. Все пони вокруг него останавливались и смотрели на него, некоторые его избегали. Я видела, как какая-то мамаша спрятала за собой своего любопытного жеребенка.

— Твой друг возбуждает всеобщий интерес, — отметила Хомэйдж.

Я усмехнулась.

— Полагаю, высшее общество Тенпони не привыкло к пони в магической силовой броне.

Я подумала, не царапают ли его бронированные копыта их претенциозно отполированный мраморный пол.

— Ну, он же Стальной Рейнджер. Это у многих вызывает напряжение.

Это был уже не первый случай, когда кто-то, кому я доверяла, заявлял, что Стальные Рейнджеры имеют сомнительную репутацию.

— Почему это?

Хомэйдж посмотрела на меня с удивлением.

— Ты странствуешь со Стальным Рейнджером, — медленно произнесла Хомэйдж, — и ничего не знаешь о них?

Я было открыла рот, чтобы сказать, что он... что? Я знала их по постерам, но то было двести лет назад. Истина была в том, что я не знала Стальных Рейнджеров. Я знала СтилХувза. По крайней мере лучше, чем мои компаньоны знали загадочного пони, полностью сокрытого в своей броне. Я видела шар памяти. Тот, в котором было воспоминание, которое, как я полагала (и не без оснований), принадлежало ему.

— Нет... Пожалуй, действительно не знаю. Расскажи мне.

Хомэйдж повела нас от лестницы к столику в маленьком, но дорогом кафе. Пони-официантка принесла нам меню в тот самый момент, когда мы сели, умудряясь выглядеть при этом надменно, как будто посетители были ниже неё. Глядя в меню, я вновь обнаружила, что оно состоит из облагороженных вариантов довоенной еды.

Я покачала головой и отбросила меню в сторону.

— Пятьдесят крышек за банановое пюре, которое я могу найти в холодильнике разрушенного здания за бесплатно? Нет уж, спасибо. Пожарить его в виде полосок и сплести из них подобие корзинки не стоит так дорого.

Хомэйдж вскинула брови.

— Не забывай, что большинство пони из живущих здесь не протянут и дня снаружи. От заветной "бесплатной" еды их отделяют рейдеры, работорговцы, взбунтовавшиеся охранные роботы, а может быть, и заблудшие мантикоры, — она огляделась вокруг, наблюдая за другими посетителями, а потом наклонилась вперёд и прошептала: — Честно говоря, не думаю, что большинство из этих пони справятся даже с радтараканами. Они раздавят одного, а потом остальные убьют их, пока они пытаются отскрести с копыта радтараканьи потроха в неудержимом отвращении.

Я посмотрела на элитных кобылиц и джентльпони Башни Тенпони, сидевших вокруг. Похоже, что она была права.

— Запасы самой Башни Тенпони иссякли поколения назад. То, что они продают сейчас, было приобретено у мародёров — специалистов по проникновению в руины Мэйнхэттена в поисках продуктов питания. К счастью, до бомбы город изобиловал продуктовыми магазинами, ресторанами и бакалейными лавками, так что мародёрство всегда было столь плодотворно, сколь и опасно. Но мародёры не рискуют своими шеями задешево. А учитывая то, насколько загрязнена радиацией вода, семье пони будет сложно очистить достаточно воды даже для маленького сада. Для ресторанов, подобных этому, речи о свежих урожаях быть не может.