- А с теми, кто доволен нынешней ситуацией в стране, необходимо провести воспитательную и «профилактическую работу», чтобы от удовольствия и следа не осталось… Чтобы они кровавым поносом срали, суки… — небрежным тоном развивал свою мысль Шолошонко, — С нашими возможностями и развитым карательным аппаратом, т. е. правоохранительными органами, это сделать легко и просто. Пару нефтяных маршалов в кутузку, пару банкиров и телемагнатов на нары, все остальные сами прибегут брататься с нами и делиться деньгами. Генерал, я правильно говорю?
Стырин с таким удовольствием затряс головой, что со стороны казалось, будто его кто-то с силой таскал за волосы
- Как говорили классики, чтобы не потерять целое, придется отдать часть.
Задиристо блеснул эрудицией и подвел итог, представитель региональных заговорщиков, тучный господин, для особо приближенных, просто — Петька. Именно он, Петр Петрович Петух, после ухода на повышение Шолошонко, занял место губернатора Птурской области.
В большой затемненной комнате, своим безвкусным убранством, живо напоминающим времена правительственных дач и полного гособеспечения для их владельцев, присутствовало человек шесть…
Еще раз пересчитали по головам….
Да, точно шесть.
Все они, вслушиваясь внутри себя в «петушиное» утверждение, приняли глубокий и задумчивый вид. Да и шутка-ли, найти пару сотен миллионов долларов, часть из которых, это уже, как издревле заведено украсть, а остальные пустить на важное дело.
* * *
Как мы обратили внимание, решение задачи легального поиска денег, было подсказано испытанным еще в эпоху Гражданской войны способом. Тогда, чтобы добиться своего от тех, кто по-дворянски брызгая слюной и задыхаясь от чувства собственного достоинства, гордо отказывался от сотрудничества с властью большевиков, поступали «новаторски».
Строптивца или сразу расстреливали, или посылали «на политическое оздоровление» в СЛОН (Соловецкий лагерь особого назначения), или, в крайнем случае, брали заложников из состава семьи упрямца. И, знаете ли, батеньки мои, помогало… Еще как помогало. Хотя, следует сказать прямо, заложников все равно расстреливали. То есть, как и сейчас, люди работали вдумчиво и царских патронов, для победы всемирной революции не жалели.
Многие, из желающих поучаствовать в «Мероприятии» беззаветно и страстно любили деньги, тем не менее, опыт прожитых лет и инстинкт самосохраненя, подсказывал, что за оказываемые услуги, брать большие суммы наличности было опасно. (Главное, где эти чемоданы потом хранить, не в банк же тащить, под объективы налоговиков и ФСБ.) Опять же, родня или прислуга, прознав-пронюхав о имеющихся сокровищах, под покровом ночи или другой какой оказии, незамедлительно удавят их обладателя, или, не побрезгуют, накормят крысиным ядом.
Все эти тончайшие проблемные нюансы требовали незамедлительного разрешения, а то разбредутся заговорщики по своим феодальным схронам и норам. Им там гораздо спокойнее. Воровать можно и по-маленькому, зато стабильно и наверняка. Тем более, не подвергая жизнь опасности. Если они разбегутся, с кем скажите, пожалуйста, брызгать слюной, с кем лезть на баррикады? С ЦРУ и Госдепартаментом США? Так они, как и всюду после подобных акций, главных активных борцов из местной элиты сопротивления, сами и уничтожат за милую душу.
Исходя из всего перечисленного, следовало подыскать иной способ оплаты услуг, мелких консультаций и бескорыстного служения идеалам демократии, другой, но желательно опробованный и не на много отличающийся от традиционных.
Ответ, как это часто бывает, подсказала сама жизнь.
Шолошонкин взгляд, чуть задымленный выпитым алкоголем, сфокусировался на подарке птурских сослуживцев. Удобно сидящем на пальце, бриллиантовом перстне (стоящим огромные тыщи и поэтому конфискованном на поднадзорной таможне.)
Указательный палец с драгоценностью, вцепился в обычный граненный стакан, произведение скульптора Веры Мухиной. Она умела создавать и «Рабочего и колхозницу», и для них же, непритязательную, удобную стеклянную тару на двести пятьдесят граммов.
«Пару таких стаканов, с подобными камнями и проблема решена. — Подумал и прямо просветлел вице-премьер. — Такое, хоть в заднице, хоть в пепреднице носи, никто не догадается, а цена на твердый минерал только увеличивается. Одна унция бриллиантов, по стоимости равна ста восьмидесяти килограммам золота… Попробуй, побегай с таким соотношением».
Читать дальше