Марина Эльденберт - Жертва

Зак сел рядом и прижал её к себе, успокаивающе поглаживая по спине. Раньше такой жест неизменно помогал расслабиться, но сейчас она чувствовала себя напряженной, натянутой, как струна.

— Ты боишься за него? — тихо спросил он. — Или за себя? Я не хотел тебя расстроить, но скрывать тоже не мог.

— Что Вальтер собирается делать с ним?

То, что Джеймс все ещё жив, странно. Его репутация говорила сама за себя. Вряд ли измененных, даже бывших, обрадует такое соседство. Вальтер не в курсе, кто оказался у него в гостях, или же Джеймс ему зачем-то нужен?

— Не представляю, — честно ответил Зак. — Знаю только, что убивать его не собираются. Хорошая новость, ведь так?

Хилари молча кивнула. Это действительно была хорошая новость, если бы не одна маленькая поправка. Зная Вальтера, она могла предположить в продолжение такой жизни исключительно самое худшее. Она видела, что орденцы в свое время делали с измененными и могла предположить, что у измененных, особенно древних, фантазия не хуже.

— Если я решу встретиться с ним, как это отразится на тебе?

— Не думаю, что кто-то вообще обратит на меня внимание, — Зак отстраненно улыбнулся. Он всегда улыбался так, когда пытался скрыть какой-то внутренний диалог. В подтверждение своей догадке Хилари уловила нотки сомнения в его голосе. — Ты же знаешь, что для Вальтера я слишком ценен, чтобы так просто избавиться от меня.

Хилари на мгновение крепко обняла его, и быстро отпустила. Ей не давали покоя сомнения о дальнейшей участи Джеймса. Вальтер не может знать, кто он такой.

Бостонский Палач «умер» в один день с ней. Тогда у них были другие имена, другая жизнь. Если так, Джеймсу действительно ничего не грозит. Возможно, Вальтер даже сочтет полезными его таланты, позволившие добраться до Острова.

Она вздохнула с явным облегчением. Было и ещё кое-что, лежавшее у самой поверхности, важное для неё.

— Как давно ты работаешь на Вальтера?

— Над проектом я работаю около года, — Зак нахмурился, снова становясь сосредоточенным и напряженным. — Почему ты спрашиваешь?

— Ты знал его раньше? — интуиция подсказывала Хилари, что она в шаге от разгадки, но ей не хватало информации, чтобы осознать и сопоставить факты. Джеймс решил бы задачу за минуту.

— Нет! — прозвучало слишком резко и поспешно, чтобы быть правдой. — Извини, мне не стоило приходить и тревожить тебя.

Он сдержанно обнял её и поднялся, и Хилари поняла, что попала в точку, получила ответ на свой вопрос. Зак действительно давно знаком с ним. Возможно, был при Вальтере не одну сотню лет. Она прикоснулась к тому, что несло в себе слишком серьёзную опасность. Раскрытие истинной личности.

— Ты меня извини, — она протянула ему руку, — я не хотела лезть не в свое дело, просто новость про Джеймса выбила меня из колеи. Останься со мной?

Теперь Хилари не собиралась отступаться. Надо подумать, с какой стороны ещё можно зайти к информации, минуя Зака. У него в жизни и без того не самый легкий период. Хилари даже представить не могла, чего ему стоило рассказать о Джеймсе. Она действительно сожалела о том, что завела этот разговор с ним, поэтому слова извинения звучали искренне.

Сколько ей осталось времени на любовь? Сутки? Неделя? На Чувство, которое она так долго искала вовне, а нашла в себе самой.

Его взгляд снова потеплел. Он сжал ее руку в своих ладонях, потянул Хилари к себе и жадно поцеловал, будто утверждая свое право на неё. Перед образом Джеймса. Перед всем миром. Его мягкость и неуверенность сменились откровенной настойчивостью. Кажется, он даже прошептал: «Я тебя люблю», но для Хилари сейчас гораздо больше говорил ответ его тела, нежели чем любые слова.

«Нужно было раньше позволить себе это безумие», — последняя осознанная мысль растворилась под его прикосновениями, отзывающимися томительным теплом между ног. Хилари отступила назад, падая на постель и увлекая его за собой.

У Хилари Стивенс было красивое тело. Он отметил ещё пару месяцев назад, когда наблюдал за тем, как она корчилась от боли во время наказания. Сейчас сучка выгибалась от наслаждения, под прикосновениями Беннинга, принимая его в себя. До откровения грязно. Возбуждающе. Пожалуй, даже больше, чем во время пытки, когда каждая мышца её тела была натянута как струна.

Мерзкая гадина. Она такая же, как все. Как Сильвия. За масками милых женских мордашек они скрывают настоящих чудовищ, готовых предать тебя, стоит только выйти за порог. Ты готов принести им на блюдечке сердце, будущее и красивую жизнь, а тебя вышвыривают из памяти, как ненужный хлам.