Луи Буссенар - Том-Укротитель

— Буду нем как рыба.

— Лишь бы все сработало…

Сыщик исчез в соседней комнате, спустя примерно минуту вернулся, оставив дверь широко распахнутой.

Хромой открыл глаза и сделал попытку приподняться. Испуганно посмотрев вокруг, он как-то странно напрягся и выругался:

— Что за чертовщина?

Силквайер, не сводя с гостя пронзительного взгляда, не проронил ни слова. Воцарилась оглушительная тишина. Лишь из соседней комнаты доносилось едва слышное поскрипывание.

Инвалид посмотрел на свои голые ноги, отстегнутый и аккуратно приставленный к дивану протез, незнакомого человека, который буквально сверлил его взглядом.

Бандит вздрогнул от ужаса и, заикаясь, спросил:

— Где я?.. Что вы от меня хотите?

Силквайер коротко и резко ответил:

— Вы в полиции!

— В полиции? Все кончено! Мне крышка!

— Вы подтверждаете, что эта нога — ваша?

— Моя? Вы хотите сказать…

— Да. Ваша нога, отрезанная вашим шефом… это ведь вы вскрыли сейф в отеле «Гамильтон»? Мы все знаем. Отрицать бессмысленно.

— Но… если я признаюсь… мне в таком случае грозит электрический стул [148] Электрический стул — орудие казни в США, на котором приговоренного убивают электрическим током высокого напряжения. .

— Суд примет во внимание чистосердечное раскаяние… Ваши мучения, вашу инвалидность…

— О! Это было ужасно. Но он сказал, что я в безопасности… и что мне ничего не грозит!

На всякий случай Силквайер добавил:

— Он пойман. И уже раскололся, между прочим, все свалил на вас.

Уловка детектива произвела на жертву сильное впечатление. От ужаса его глаза чуть не вылезли из орбит. Бандит неосторожно пролепетал:

— Арестован? Спринг? Неужели это возможно?!

— Скоро у вас будет с ним очная ставка и вы убедитесь, что он готов растоптать всех, лишь бы оказаться на свободе.

— Негодяй!.. Если б я только знал…

— Я вижу, что Спринг, главарь вашей банды, разочаровал вас?

— Он был так добр ко мне… оставил у себя… обращался как с родным человеком. Нет… это неправда… Конечно, неправда! Вы лжете… он не арестован!

— Когда я вчера вечером остановил вас в Золотом парке, мои люди одновременно арестовали Спринга на улице.

— Вы говорите: вчера… Значит, я нахожусь здесь?..

— Сутки. Вы были без сознания.

— Это вы… это ваша работа… Ах, черт! Вспоминаю… за мной шли двое… пастор…

— Это был вот он…

— И старик…

— Это я!

— И потом какой-то провал в памяти.

— Благодаря одной моей уловке…

— Но кто же вы? Выглядите как старик, а энергичны, подвижны, будто совсем молодой.

— Я — Силквайер!

Укрощенный и напуганный инвалид совсем упал духом.

— Знаменитый сыщик?..

— Как вам угодно! Вы — в моих руках. Никто и ничто теперь вас не спасет.

— Мистер Силквайер, я сдаюсь. Вы, пожалуй, единственный человек в полиции, кого мы действительно боялись. Вы оказались сильнее… Я все расскажу, и, может, после этого мне станет легче. Потому что все время меня преследуют кошмары, угрызения совести…

— Вы признаетесь в том, что ограбили сейф в отеле «Гамильтон»?

— Да!

— Очень хорошо! Вы не отрицаете, что Спринг, миллионер, проживающий по адресу триста восемьдесят, Монтгомери-стрит, — главарь вашей банды?

Допрашиваемый, сделав над собой усилие, произнес:

— Нет… не отрицаю… Этот негодяй решил все свалить на меня. Но я потяну за собой остальных. Так вот, Спринг — главарь банды Тринадцати.

При этих словах Силквайер бросил на Тома торжествующий взгляд и прошептал ему в ухо:

— Какая удача… Это превосходит все мои ожидания.

И, притворно удивившись, детектив переспросил:

— Тринадцать? Впервые слышу…

— Неудивительно! Это отлично законспирированная, хорошо организованная группа… огромное богатство… влиятельнейшие связи… страшные люди.

— Очень хорошо, мой друг! Продолжайте! Повторяю еще раз: суд учтет ваши добровольные признания. Вы сможете рассчитывать на снисхождение. А теперь — может быть, у вас есть какие-то просьбы?

— Я был бы признателен… если бы мне помогли одеться… и надеть протез.

— С удовольствием! Но сначала вот вам стаканчик бренди. Это вас поддержит.

Силквайер взял с полки красивую бутылку, бокалы, печенье. Разлил напиток по хрустальным сосудам, подал один бандиту, запросто чокнулся с ним и сказал:

— За ваше здоровье, любезный!

— За ваше, сэр!

И, жадно опустошив бокал, поблагодарил.

— Еще?

— Не откажусь!

Пока тот пил, Силквайер обратился к Тому: