Вальдэ Хан - Храм

— Только Пастырю можно, — прогудел он из‑под капюшона.

Свист махнул рукой и вскочил на лавку.

— Наш воевода ведет пленников–дикарей и несет в Дом богатый улов мерцал. Ни один из воинов Дома не сложил головы в джунглях, а вот дикари будут выть от горя, оплакивая своих убитых!

Он поднял винтовку в воинственном жесте.

— Готовьтесь встречать героев!

Закипела работа.

Ведун, мимоходом отдавая распоряжения, поздоровался с охотником.

— Спасибо, что предупредил нас заранее, теперь мы организуем нашему войску достойный прием, — он обнял Свиста. – Поздравляю тебя с победой, воин.

Свист благодарно, хоть и несколько смущенно, ответил на объятия.

Вокруг закипела работа. Стены украсили подобием гирлянд, на столах появились цветы, в углу расположился со своими барабанами Заяц.

Лишь протеже Ведуна, Светолюб и Светляк, не участвовали в общей суматохе, только прохаживались вдоль стен, важно поглядывая вокруг, а третьего их приятеля и вовсе не было видно.

Справедливо рассудив, что тут и без него все устроят, Свист отправился в сторожку, дожидаться прихода Ореха. Благодарные за подробный (и довольно‑таки драматичный) рассказ, сторожа поили Свиста терпким чаем и поделились сладостями из своих личных припасов. Вскоре ко входу в Дом пожаловали еще человек десять, также желающих первыми встретить победителей.

Наконец, спустя несколько часов, из леса показались первые охотники из отряда. Первым вышагивал Орех, нацепивший свой сверкающий наплечник, за ним с оружием в руках следовали Скальник с Крепышом и другие. Опустив головы, шли пленные, привязанные к тяжелому бревну, которое они несли на плечах. Замыкал шествие Пластун, держа винтовку наперевес.

Сторожа приветствовали прибывших громкими возгласами и ружейным салютом.

Свист легко спустился по лестнице на площадь и бросился навстречу отряду. Видя приближение своего вестника, Орех поднял руку, и охотники остановились.

— Я сделал все, как ты велел, — быстро отрапортовал Свист. – В Доме готовят пышный прием.

— Вот и славно, — Орех криво ухмыльнулся. – Люди должны знать, кого и за что славить, а коли не знают, мы им подскажем. Так, парень?

Свист кивнул и занял место рядом с воеводой, тот не возражал.

— На колени! – Скальник от души дернул за веревку, бросив дикаря на плиты пола.

Люди из племени Великого Змея даже за столь короткий промежуток времени, успели изучить нрав своего надсмотрщика, и безропотно опустились на оба колена.

— Это воины темного народа. Дикари и кровожадные убийцы, — громко вещал Орех.

Стоя перед собранием, «дикари и кровожадные убийцы» скорее походили на попавших в капкан диких зверей, сжимающихся от страха каждый раз, когда кто‑то повышал голос.

— А это, — Орех поднял над головой сумку, — наша добыча!

По щербатым плитам покатились мерцала, окрашивая лица собравшихся радужными бликами. Люди ахнули.

— Позвольте, я первым поздравляю вас с победой! – Ведун обнял Ореха. – Сегодня великий день, вознесем же хвалу Светоносцу!

Он сложил руки на груди и закрыл глаза. Почти все присутствующие последовали его примеру.

— Отец наш Светоносец, заступник и покровитель, — начал Ведун, и многоголосая толпа вторила ему.

Свист украдкой посмотрел на Ореха, и почти физически ощутил раздражение и неудовольствие своего воеводы.

— Благослови этих людей, что несли твою волю и слово диким еретикам. Защити нас от тьмы.

— Защити нас от тьмы, — эти слова, повторенные множество раз, гремели под потолком.

— Светолюб, собери мерцала и отнеси их к Алтарю, сегодня же мы принесем их в жертву и будем надеяться на скорые и богатые дары, — Ведун обратился к одному из своих подопечных.

Угрюмый Светолюб коротко кивнул и принялся собирать с пола светящиеся предметы.

— Свист, сходи с ним, — как бы между делом попросил Орех.

— Зачем? – едва ли удивился Ведун, — Светолюб уже хорошо изучил Дом, и может сам отнести дары Светоносцу.

— Традиция, Ведун, сам понимаешь – охотники свои мерцала сами до алтаря доносят.

Недолго думая, Ведун согласился.

Светолюб шел первым, быстро вышагивая длинными ногами. Свист же, напротив, шел нарочито спокойно, он вдруг почувствовал странную неприязнь к этом немногословному парню.

— Не спеши, мерцала еще могут подождать. А я вот по Нижнему Лесу набегался на неделю вперед.

Этими словами Свист хотел сказать: ты новенький и ничего еще не понимаешь, и пока ты тут суп хлебал, я делом занимался. Уймись.