Генри Хаггард - Нада

— глупец, и весьма вероятно, что человек, выросший в его тени, сумеет заменить его. Я мог бы стать этим человеком, но я стар, изнурен горем и не желаю властвовать. Ты молод, Умслопогас, и нет тебе подобного во всей стране. Есть также другие обстоятельства, о которых нельзя говорить, но которые могут послужить тебе ладьей, чтоб доплыть до власти!

Умслопогас зорко взглянул на меня, он был властолюбив в то время и желал стать первым среди народа. Могло ли быть иначе, когда в его жилах текла кровь Чеки?

— Какое у тебя намерение, отец? — спросил он. — Каким образом можно привести в исполнение твой план?

— Вот каким образом, Умслопогас. В стране Сваци, среди племени Галакациев, живет девушка по имени Лилия. Говорят, она удивительная красавица, и Динган страстно желает получить ее в жены. Недавно Динган посылал посольство к вождю Галакациев, прося руки Лилии, но вождь Галакациев отвечал дерзкими словами, что красавицу свою они не отдадут в жены зулусской собаке. Динган разгневался и хотел собрать и послать свои войска против Галакациев, с тем, чтобы уничтожить их и завладеть девушкой; я же удержал его под предлогом, что теперь не время начинать войну, по этой причине Динган возненавидел меня. Понимаешь ли теперь, Умслопогас?

— Не совсем, — отвечал он. — Говори яснее.

— Полуслова лучше целых слов в нашей стране. Слушай же! Вот мой план: ты нападешь на племя Галакациев, уничтожишь его и отведешь девушку к Дингану в знак мира и дружбы!

— План твой хорош, отец! — отвечал он. — Во всяком случае, можно будет посражаться, а после сражения поделить стада!

— Сперва победи, потом считай добычу, Умслопогас!

Он подумал немного, потом сказал:

— Позволь мне позвать сюда Галаци-Волка, моего военачальника. Не бойся, он человек верный и не болтливый!

Вскоре вошел Галаци и сел рядом с нами. Я представил ему все дело таким образом, будто Умслопогас хочет напасть на Галакациев и доставить Дингану девушку, которую он желает получить, я же удерживаю его от этой попытки, потому что племя Галакациев большое и сильное. Говорил я все это, чтобы оставить себе лазейку для объяснений, если бы Галаци выдал наше намерение. Умслопогас понял меня, хитрость же моя была излишней — Галаци был человек верный.

Галаци-Волк молча слушал, когда же я кончил, он отвечал спокойно, хотя в глазах его загорелся огонь:

— По праву рождения я — вождь Галакациев и хорошо их знаю. Это народ сильный, который может сразу собрать два полка, а у Булалио в распоряжении всего один полк, да и то небольшой. Кроме того, Галакации держат стражу день и ночь и шпионов, рассеянных по всей стране, а потому очень трудно захватить их врасплох; их крепость состоит из огромной пещеры, открытой в середине, никто до сих пор не проникал в эту крепость, да и найти вход в нее могут только знающие к ней дорогу. Таких немного, но я знаю, где вход. Отец мой показал мне его, когда я был еще мальчиком. Поэтому ты видишь, что за нелегкую работу — покорение Галакациев — берется Булалио. Вот как дело обстоит по отношению к Булалио, но для меня оно имеет и другое значение. Много лет назад, когда отец мой умирал от яда, данного ему колдуньей из их племени, я поклялся, что отомщу за него, что уничтожу совершенно Галакациев, перебью их мужчин, уведу их женщин и детей в рабство! Год за годом, месяц за месяцем, ночь за ночью, лежа на Заколдованной Горе, я думал о том, как сдержать свою клятву и не видел к тому способа. Теперь я вижу возможность и радуюсь. Но все же это рискованное предприятие, и может быть в конце его племя Секиры перестанет существовать! — Он замолчал и стал нюхать табак, следя через табакерку за нашими лицами.

— Галаци-Волк, — сказал Умслопогас, — для меня также дело это имеет особенное значение. Ты лишился отца по вине собак Галакациев, хотя я до вчерашнего вечера того не знал. Их копья отняли у меня мать и с нею ту, которую я любил больше всех на свете — сестру Наду. Этот человек, — и он указал на меня, — этот человек говорит, что если мне удастся уничтожить племя Галакациев, взять в плен девушку Лилию, я приобрету милости Дингана. Мало я расположен к Дингану, мне бы хотелось идти своей дорогой, жить, пока живется, и умереть, когда придется, может быть, от руки Дингана или кого-нибудь другого — не все ли равно? Но, узнав о смерти матери моей Макрофы и сестры моей Нады, я начну войну с Галакациями и покорю их, или сам буду побежден ими. Может быть, «Рот Дингана», ты вскоре увидишь меня в краале царя и со мной девушку Лилию и скот Галакациев. Если же ты не увидишь меня, то будешь знать, что я умер и что воины Секиры более не существуют!