Густав Эмар - Сурикэ

Эта неумышленная предосторожность спасла пакет с депешами, так как ясно, что если бы Матье знал об их существовании, то он не посовестился бы воспользоваться ими. Но так как Матье искал только портфель графа и, найдя его, прекратил свои поиски, он не мог и подозревать, что таким образом из его рук ускользнули, быть может, самые важные бумаги.

Естественно граф был очень обрадован, найдя пакет нетронутым там, где его положил.

На этот раз случай ему помог и оказал важную услугу.

— Итак, — продолжал граф, — вы довольны?

— Как нельзя быть больше.

— Следовательно, все отлично.

— Вы говорите, что никому не известно о вашем приезде?

— Никому, кроме вас.

— Тогда вы можете быть спокойны.

— Я это знаю хорошо!

— Но имеете ли вы мне что сказать?

— Должны ли вы сомневаться в этом?

— Я?.. Меньше всего на свете.

— Однако же я вам писал, желая предупредить вас о моем приезде.

— Вы мне писали?

— Ну да.

— Когда же это?

— Шесть месяцев тому назад. Письмо отправилось на пароходе «Слон».

— Я ничего не получал.

— Вы шутите, мой друг.

— Я никогда не шучу в делах серьезных.

— Так это серьезно?

— Даже очень.

— Вы не получили моего письма?

— Даю вам честное слово.

— Тогда я здесь ничего не понимаю.

— Как же это?

— Да ведь вы же мне отвечали!

— Что?.. Что вы говорите?

— Я говорю, мой друг, что вы мне отвечали.

— Ого! Это уже слишком!

— В свою очередь я опять подтверждаю, что вы мне отвечали.

— Мне очень любопытно видеть этот ответ.

— Это легко.

— Он при вас?

— Вот.

И граф подал его Биго.

— Вы знаете, что мне знаком ваш почерк, — прибавил граф.

— Да, и с давних пор.

— Итак, читайте.

Биго развернул письмо и долго, старательно рассматривал его.

— Ну что же? — спросил граф.

— Это какое-то чудо, — отвечал Биго.

— Что — вы забыли?..

— Нет!

— Так что же?

— Я удивляюсь способности так подделать.

— Что вы говорите?

— Я говорю, что я никогда не писал этого письма и, однако же, мой почерк так хорошо подделан, что я, черт побери, сам мог бы попасться.

— Итак — письмо подложно?

— Подложно.

— Что-то странно!

— Ив самом деле, очень странно.

— Это нечто фантастическое.

— Но, всматриваясь в это письмо или, лучше сказать, разбирая каждую букву в отдельности, замечаются некоторые погрешности. Например, это «е» — оно слишком закончено, смотрите; другая, более крупная ошибка, это число — я его всегда ставлю вверху, здесь оно внизу. Но что всего серьезнее, так это, как вам известно, когда я желаю, чтобы моя рекомендация была солиднее…

— Вы не ставите точки на «и» в вашей фамилии, я это знаю.

— Смотрите на «и» — точка над ним есть, видите?

— Это верно, — отвечал граф.

— Подделыватель должен был игнорировать эту мелочь, известную только вам и мне.

— Это так. Но подложный или нет этот ответ, он доказывает, что мое письмо достигло вас.

— Уверяю…

— Виноват, я плохо выразился, я хотел сказать, что мое письмо попало не к вам, но в интендантство.

— А! Это важно.

— Очень важно, ибо очевидно, что у вас есть изменники или, по меньшей мере, изменники в вашей канцелярии.

— Я это заключение вывел давно и сейчас вам докажу. Вы читали письмо, так хорошо подделанное?

— Конечно. Оно доставлено мне от вашего имени.

— От меня?

— Ну да.

— И вы все рассказали подателю?

— Рекомендованному вами мог ли я не доверять?

— Конечно, нет.

— Ну, я и отнесся к нему с полнейшей доверенностью.

— Ай! ай! ай!

— Это еще не конец. Рассказав все, я заплатил ему. Незаметно для меня он дал мне чего-то сонного и, воспользовавшись моим сном, выкрал все бумаги, которыми был наполнен мой портфель. Благодаря только какому-то чуду, письмо из Франции ускользнуло от его рук. Потом этот человек, все еще пользуясь моим сном, уехал, и по настоящее время мне не удалось его отыскать.

— Что за побудительная причина могла заставить его так действовать?

— Не могу знать, но, по моему мнению, эта измена — дело наших врагов.

Интендант презрительно пожал плечами.

— У меня немало врагов, я это знаю, но я их всех держу в своих руках, никто из них не посмеет и шевельнуться.

— Вы ошибаетесь, мой друг. Ваши враги стараются немало и сильно нападают на вас в Версале.

— Да, но маркиза там, чтобы защитить меня.

— Не полагайтесь так на нее, поверьте мне, если жалобы, которые сыплются на вас в Версале, дошли бы до слуха короля, маркиза не нашла бы возможности защитить вас, и вы погибли бы.