Джим Горант - Спасенные

Двор, в котором находились Рог, Софи и Реймундо, был единственным местом, где Жасмин проявляла признаки жизни. Она общалась с ними, обнюхивала их, ходила рядом и временами касалась их. С ними она выглядела собакой. В их компании Жасмин чувствовала себя комфортно и казалась почти нормальной.

Стерлинг решила воспользоваться этим. Жизнь Жасмин подчинилась строгому расписанию. Утром ей давали еду, которую она поглощала в одиночестве. Каждые два часа Стерлинг выносила ее во двор, где собака справляла нужду и сидела в ямке. По вечерам Каталина опять кормила собаку и затем сидела с ней, под звуки тихой музыки. Ночью она выпускала всех трех собак во двор.

Жасмин всегда ходила с поводком, который волочился за ней. Однажды Стерлинг надела поводки и на остальных собак. Она держала поводки в руках, пока собаки гуляли во дворе, а когда Жасмин также вышла во двор, Каталина взяла и ее поводок в руку.

Жасмин остановилась и оглянулась на нее. Затем она посмотрела на других собак, бродящих по двору. Казалось, что она оценивает ситуации. Ей хотелось к собакам, но смущал поводок и близость Каталины.

И она пошла к ним. Она походила с другими собаками. Затем, пройдя несколько шагов, Жасмин остановилась и улеглась, словно опять окаменев. Стерлинг бросила ее поводок, и собака направилась прямиком к своей ямке в земле. Все опять стало, как обычно, однако предыдущие мгновения были маленьким, но шагом вперед.

На следующий день Стерлинг вновь повторила то же самое, и Жасмин прошла несколько шагов с собаками, пока Каталина держала ее за поводок.

Она повторяла свой маневр опять и опять, пока не начала водить всех трех собак на короткое расстояние по двору.

Ей не удалось продвинуться значительно, но Стерлинг была рада и столь малым успехам. Прошло уже почти два месяца, а в поведении Жасмин больше не произошло никаких изменений. Она по-прежнему не ела, если кто-то находился в комнате. Она дрожала, когда подходила Стерлинг, когда ее носили на улицу и обратно в дом, каменела, когда до нее дотрагивались. Ее все пугало. Голоса, шаги приводили ее в трепет. Каталине никогда еще не приходилось с таким трудом завоевывать доверие собаки, однако успехи во дворе давали ей надежду.

Каталина изо всех сил старалась расположить к себе Жасмин, используя для этого других своих собак. Каждый вечер под негромкую музыку она приводила собак в комнату и сидела там, гладя их и успокаивая. Жасмин, неподвижная, пристально следила за ними из своего домика, не спуская глаз со Стерлинг.

Каталина прибегала и к подкупу. Время от времени она просовывала голову в дверь комнаты с Жасмин и бросала на пол какое-нибудь лакомство. В присутствии Каталины собака никогда не брала его, но стоило Каталине через некоторое время вернуться, лакомство было съедено. Впрочем, Жасмин никогда не показывала, что это она съела лакомство. Обычно собака в таких случаях весело виляет хвостом, зевает, облизывается, словом, демонстрирует, что она довольна. Жасмин ничего подобного не делала — лишь два ее карих глаза сверкали из домика.

Прошло два месяца, затем три. Каждый день повторялось одно и то же. Завтрак, обед, таскание на улицу и обратно в дом. Жасмин сидит в домике. Одна. Смотрит. Жасмин сидит в ямке во дворе. Чуть-чуть общается с другими собаками, проходит несколько шагов на поводке, смотрит из своего домика на Стерлинг и других собак в мягком вечернем свете.

Что-то должно измениться.

На следующий день Крис Коэн встал в 6:45. Ночью Джонни спал спокойно, и Крис обрадовался, что в клетке у собаки все в порядке. К 7.00 они преодолели лестницу и вышли на улицу. Джонни нервничал и пугался, но выглядел лучше, чем в первый день. Он по-прежнему прыгал из стороны в сторону, то останавливался, то бросался вперед, однако больше не опутывал Криса поводком.

Пока они прогуливались, Крис изучал, что Джонни нравится, а что нет. Его привлекали люди, и он норовил поздороваться со всеми, кого они встречали. На собак он особого внимания не обращал. Мусоровозы псу определенно не нравились. Едва увидев мусоровоз, Джонни заметался, вытаращив глаза, вертя головой и царапая когтями асфальт. Куда угодно, но только прочь отсюда.

Коэну стало жалко малыша, и он принялся успокаивать Джонни, сдерживая улыбку. Охваченный страхом, Джонни напоминал Скуби-Ду [15] Скуби-Ду — смешной и трусливый пес из мультфильма. . Стоило Скуби увидеть привидение (а это повторялось с пугающей частотой), он бросался прочь, отчаянно вертя лапами и головой под звуки, имитирующие быстрые шаги, шум, грохот, падение осколков стекла. Джонни метался по тротуару Сан-Франциско, в точности как Скуби.