![Южная Африка место действия увлекательной повести английского писателя - фото 1](/books/64361/doc2fb_image_02000001.webp)
Южная Африка - место действия увлекательной повести английского писателя Эрнеста Гленвилла. Главный ее герой, Нгоньяма, - лев; и день за днем, от раннего детства до гибели, проходит перед читателем жизнь столь необычного героя. Писатель рисует превосходные картинки африканской природы, жизнь животных, населяющих "черный континент", яркие сцены быта африканской деревни.
Путешествия. Приключения. Фантастика
Эрнест Генвилл
Нгоньяма желтогривый
Государственное издательство географической литературы
Москва 1958
ERNEST GLANVILLE THE YELLOW-MANEDLION
Перевод с английского и обработка А. В. Кривцовой
Художник В. В. Трофимов
Редактор С. Н. Кумкес
Художественный редактор И. Р. Бескин
Технический редактор Н. И. Ногина
Корректор П. И. Чивикина
Т03952. Сдано в производство 1/1V-1958 г. Подписано в печать 13/V4-1958 г. Формат 84X1081/32. Физических листов 4,5, печатных листов 7,38. Издательских листов 7,27. Тираж 225 000 (1-125 000) экз. Цена 2 р. 20 к. Заказ № 3508.
Москва, В-71, Ленинский проспект, 15, Географгиз.
Типография "Красный пролетарий" Госполитиздата Министерства культуры СССР. Москва, Краснопролетарская, 16.
Глава I. Логовище в тростниковых зарослях. Детство
![С самого раннего детства у Нгоньямы лапы были большие и толстые а лоб - фото 2](/books/64361/doc2fb_image_02000002.webp)
С самого раннего детства у Нгоньямы лапы были большие и толстые, а лоб собирался в морщины. Эти морщины, сходящиеся у переносицы, придают всем львам вид степенный и величавый.
Когда Нгоньяма и его сестра Булюбис научились ходить (а произошло это на втором месяце их жизни), им служило жилищем логовище в тростниковых зарослях. Тусклыми светло-голубыми глазами львята пристально следили за таинственными яркими пятнами на земле. Словно котята, они вытягивали свои большие лапы и пытались поймать ускользающий солнечный луч. Мягкая серовато-желтая шубка, испещренная темными пятнами, придавала им обоим сходство с плотными комками пестрого пуха.
Родились они за несколько километров от зарослей, среди нагроможденных одна на другую гранитных глыб. Сюда львица перетащила их - сначала одного, потом другого,- держа зубами за загривок.
Новое логовище казалось ей более удобным, так как здесь поблизости она охотилась, и теперь ей не приходилось тащить издалека добычу своим детенышам.
Об этих первых днях своей жизни Нгоньяма не сохранил никаких воспоминаний. Но вскоре он начал обращать внимание на внешний мир. Сильное впечатление производили на него треск и шелест сухого тростника. Всегда здесь слышались шорохи. Когда легкий ветерок пробегал по зарослям, раздавался тихий шепот. Тростник громко потрескивал под обжигающими лучами солнца. И в тишину вползал шорох, словно к логовищу подкрадывались невидимые враги. Маленькие, круглые, мохнатые ушки Нгоньямы ловили каждый звук, и настораживалась даже сонная Булюбис.
Воздух был теплый, навевающий дремоту, и львенок теснее прижимался к своей сестре. "Ешь, спи и двигайся, ибо завтра ты будешь жить" - вот правило, которому бессознательно следуют все звереныши.
Пища дает силы, сон способствует росту, и движения придают телу гибкость.
Прошло с полгода, львята росли и крепли...
Вдалеке, у края зарослей раздался шорох. Быть может, это ветер зашелестел в тростнике, но львята тотчас же вскочили и, припадая к земле, стали кружить по утоптанной площадке; потом остановились бок о бок, всматриваясь и прислушиваясь. Снова шорох. И снова львята засуетились, вышли было на тропинку, проложенную львицей, но через секунду отступили и замерли, внимательные, настороженные.
До их слуха донеслось тихое нетерпеливое ворчание: львица сердилась, когда добыча, которую она тащила, цеплялась за тростник.
По узкой извилистой тропинке львица подошла к логовищу, высоко подняв морду и держа в пасти труп водяного козла*. Теперь звереныши не походили на беспомощных ласковых котят: рыча друг на друга, они жадно отрывали куски мяса, а их длинная, гибкая желтая мать, сощурив глаза, лежала у входа в логовище и хвостом отбивала такт. Когда львята утолили голод, она обнюхала остатки пиршества и, глухо ворча, принялась за еду. Потом шершавым языком умыла детенышей. Тяжелой лапой придерживала она сначала Нгоньяму, потом Булюбис; а толстые пушистые львята жалобно выражали неудовольствие. Наконец семья отправилась на водопой к маленькому пруду. Шли они гуськом; напившись, все вернулись в логовище.
Читать дальше