ТАРЗАН. Том 1

Один за другим воины выражали свое согласие на выбор Тарзана царем, вступая в торжественный танец. Прибежали женщины и расположились на земле, образуя второй круг, вокруг первого. Они били в там-там, ударяли в ладоши в такт шагам танцующих и подпевали воинам. В центре круга сидел Тарзан от обезьян.

— Вазири, царь Вазири, — подобно предшественнику, он должен был впредь называться по имени племени.

Все быстрей и быстрей плясали танцующие, все громче и громче звучали их дикие крики. Женщины поднялись и запели в унисон, во весь голос. Яростно размахивали воины копьями, а иногда приседали, ударяя щитами о плотно убитую землю деревенской улицы; все вместе давало картину невероятно примитивную и дикую, словно все это происходило на заре человечества, бесконечное число веков тому назад.

Возбуждение росло, и человек-обезьяна не выдержал: он вскочил на ноги и принял участие в диком обряде. В центре круга из блестящих черных тел он скакал и вопил, и потрясал тяжелым копьем с таким же точно безумным увлечением, как и его товарищи-дикари. Исчезли последние следы цивилизации — он был теперь примитивным человеком в полном смысле слова: наслаждался свободой неистовой дикой жизни, которую любил, радуясь как ребенок своему новому званию царя черных дикарей.

Ах, если бы Ольга де Куд видела его сейчас — узнала бы она в нем хорошо одетого, спокойного молодого человека с породистым лицом и безукоризненными манерами, который так привлекал ее к себе всего несколько месяцев тому назад. А Джэн Портер! Любила бы она дикого вождя диких воинов, который танцевал голый со своими голыми подданными? А д'Арно? Поверил бы д'Арно, что это тот самый человек, которого он ввел в полдюжины самых избранных клубов Парижа? Что бы ответили его коллеги, пэры из Палаты Лордов, если бы им сказали, показав на танцующего, увешанного металлическими украшениями гиганта с густой гривой: «Лорды, это Джон Клейтон, лорд Грейсток!».

Итак, Тарзан от обезьян стал настоящим царем между людьми. Медленно, но верно проделывал он эволюцию, через которую прошли его предки, — ведь и он начал с самых низов.

Джэн Портер первая проснулась в лодке на утро после крушения «Леди Алисы». Остальные члены маленькой компании еще спали, сидя на скамейках или свернувшись в неудобных положениях на дне лодки.

Убедившись, что они отбились от других лодок, молодая девушка сильно встревожилась. Ощущение глубокого одиночества и беспомощности, которое вызывал в ней вид огромной водяной пустыни, подавляло ее, и никаких надежд на будущее не шевелилось в душе. Она была уверена, что они погибли, что помощи ждать неоткуда.

Вскоре проснулся Клейтон. Он не сразу пришел в себя и вспомнил, где он и что произошло ночью. Наконец, его растерянные глаза остановились на девушке.

— Джэн! — крикнул он. — Слава богу, что мы вместе!

— Взгляните, — убито отвечала девушка, апатичным жестом показывая на горизонт. — Мы совсем одни. Клейтон внимательно посмотрел во все стороны.

— Куда они могли деваться? — удивился он. — Они не могли пойти ко дну, потому что не было волнения, а я видел все лодки уже после того, как яхта погрузилась в воду.

Он разбудил остальных и объяснил им положение.

— Это даже хорошо, сэр, что лодки разбрелись, — объяснил один из матросов. — Провизия есть в каждой, так что они друг другу не нужны, в бурю помощи тоже не могли бы друг другу оказать, зато больше шансов, что хотя бы одна будет подобрана, а тогда начнут разыскивать и остальных. Будь мы все вместе, был бы только один шанс на спасение, теперь их четыре.

Это разумное философствование немного подбодрило остальных, но хорошее настроение было непродолжительно: решили взять направление на восток, к континенту, и постепенно продвигаться к земле, но когда хватились весел, оказалось, что их нет; матросы, сидевшие на веслах, уснули во время работы и уронили весла в воду, а волны их отнесли, по крайней мере нигде на воде их не было видно.

Начались попреки, брань, и дело едва не дошло до драки, но Клейтон кое-как успокоил матросов. Впрочем, несколькими минутами позже Тюран чуть было не вызвал нового скандала, сделав какое-то нехорошее замечание по поводу глупости англичан вообще и английских матросов в частности.

— Довольно, молодцы, — остановил других матросов третий, не принимавший участия в перебранке. — Что за толк, если друг другу морды расквасите. Сказал ведь вам Снайдер, что подберут нас. Давайте лучше поедим.