Роберт Тайн - Бетховен

— Ну конечно! — воскликнула Эмили. — Папа, заводи машину!

Но мистер Ньютон покачал головой.

— Нам вовсе не нужно тащиться в горы и разыскивать щенков. Полковник Хаппер заверил меня, что все будет в порядке. Мы должны положиться на его слово.

— Этого недостаточно, — возразил Тэд. — Мы должны пойти и спасти их, папа.

— Закроем этот вопрос, — твердо сказал мистер Ньютон.

— Мамочка! — взмолилась Эмили. — Скажи папе, что мы должны поехать и спасти щеночков. Прямо сейчас!

— Я вынуждена согласиться с вашим отцом, — промолвила Элис Ньютон. — Думаю, нам следует предоставить их поиски полковнику Хапперу и его помощнику.

— Его помощнику? — сердито переспросила Райс. — Но ведь это он в первую очередь виноват, что щенки сбежали из лагеря!

— Да, — поддержал ее Тэд. — Мы не знаем, что это за человек. Мы никогда не видели его. Он может оказаться каким угодно.

— Я с ним говорила, — вспомнила Эмили. — И папа говорил тоже.

Все умолкли и уставились на нее.

— Ты с ним говорила? — удивилась Райс. — Как? Когда?

— Эмили встала посреди ночи и позвонила в «Тренировочный лагерь для щенков», — объяснил мистер Ньютон. — Я застал ее за этим.

— Да, и я точно знаю, что этот помощник или кто он там, вовсе не хороший. Я уверена, что он плохой человек.

— Доченька, ты не можешь этого знать точно, — возразила миссис Ньютон. — Откуда тебе знать, что он плохой человек?

— А вот, — не сдавалась Эмили, — он же позволил щенкам сбежать, верно?

Мистеру и миссис Ньютон пришлось признать, что их дочурка проявляет безупречную логику.

Варнику не терпелось добраться до телефона — он хотел вызвать своих прежних сообщников, Вернона и Харви. Они тоже сидели в тюрьме, но вышли оттуда раньше, чем доктор Варник, поскольку их преступления считались не такими тяжкими, как его.

Вернон был рад услышать своего прежнего начальника, а вот Харви — нет.

— Я хочу, чтобы вы немедленно подъехали сюда, — сказал Варник. — Я засек тех типов, которые засадили нас за решетку. Пришло время отплатить им.

— Не знаю, босс, мне не хочется больше влипать в неприятности. В последний раз, когда я послушался вас, я угодил в тюрьму. И мне там не понравилось.

— Да ничего вам не будет, — небрежно бросил Варник. — Просто делайте то, что я велю, а я буду думать за всех, лады?

— Я не знаю… — неохотно протянул Харви.

— Просто подъезжай сюда. И как можно скорее.

Первый день, проведенный щенками средь дикой природы, клонился к вечеру. Солнце опускалось за горизонт, небо темнело. Большую часть дня Мо вел всю стаю вперед, по сильно пересеченной местности. Щенки не знали, насколько далеко им удалось уйти, однако предполагали, что «Тренировочный лагерь» остался во многих милях позади них.

«Когда же мы собираемся остановиться? — жалобно спросила Долли. — Я так устала, что вот-вот засну на ходу.»

«Я есть хочу», — захныкала Чубби.

«Я устал и хочу есть и пить, — взвыл Чайковский. — Мне кажется, нам пора устроить привал.»

«Нет, — ответил Мо. — Давайте попробуем пройти еще немного. Мы ведь хотим поскорее вернуться домой, не так ли?»

«Мы не сможем добраться до дома за сегодняшний день, — возразил Чайковский. — Это слишком далеко.»

«А я есть хочу!» — напомнила Чубби.

Неожиданно Мо остановился и уставился куда-то вперед, в лесной сумрак.

«Наконец-то, — обрадовалась Долли. — Наконец-то мы устроим привал.» — И она немедленно повалилась на мягкие сосновые иглы, устилавшие почву под деревьями.

«Тише, — прошептал Мо. — Я пытаюсь кое-что расслышать.»

«Что?» — спросил Чайковский.

«Слушайте, — призвал Мо. — Вы это слышите?»

Все четверо щенков застыли в неподвижности, насторожив свои висячие ушки и пытаясь уловить звук, обеспокоивший Мо.

«Нет, — сказала наконец Долли. — Я ничего не слышу.»

«А я слышу, как бурчит у меня в животе», — хмыкнула Чубби.

«Что это?» — вопросил Чайковский.

«Это вода… Я слышу звук текущей воды. Наверное, где-то там, впереди, есть ручей или река.»

«Хорошо, — отозвалась Долли. — Принесите мне немного воды.»

«Идемте, — сказал Мо. — Мы будем идти, пока не дойдем до ручья. Мы все действительно хотим пить. Нам же будет лучше, если мы найдем воду.»

Даже Долли была вынуждена признать, что в словах Мо присутствовал здравый смысл. Она со стоном поднялась на ноги и последовала за остальными.

«Ну ладно, — жалобно промолвила она, — пусть уж все поскорее кончится…»