Александр Галин - Ретро

Молчание.

Не буду рассказывать историю своей жизни… у всех нас одна история. Мы многое пережили… потеряли… близких людей, были счастливы и несчастливы… страдали, может быть, немножко больше, чем этого заслуживали… До войны я потеряла отца, война унесла… любимого моего мужа. (Пауза.) Мне было очень тяжело одной… Но не это причиняло мне главную боль. Я поняла, что мои идиллические грезы о будущем в отпущенную мне жизнь не сбудутся. (Пауза.) Но у меня был сын. Когда я носила его, я ходила на выставки, концерты симфонической музыки… Я готовила его к той возвышенной жизни, о которой мечтала сама. Он окончил университет… филолог… и жена у него филологиня. Милая, спокойная… Счастлив ли мой сын? Он устал… он очень постарел. (Пауза.) Но у меня внуки… Мальчику скоро двадцать, а девочке всего четырнадцать, поэтому я живу и верю.

Молчание.

Мой сын последние годы что-то коллекционирует… Новое его увлечение – путеводители… Может быть, он мало путешествовал? Все-таки двое детей… И вот я решила… мне захотелось, чтобы он поехал на море… Мне ужасно… жалко его. (Заплакала.) Я сегодня купила ему путеводитель, но подарю его вам. Я прошу, я вас… очень прошу – путешествуйте вдвоем. Читайте друг другу вслух. Не покидайте близких людей. У каждого человека должны быть близкие люди… Это я плачу от радости… Простите меня. Возьмите.

Роза Александровна.Спасибо вам, дорогая моя… (Раскрывает путеводитель.) Ах, это Мураново… Я была там. В каком же году? (Читает.) «Золотое кольцо России. Мураново. Музей-усадьба Мураново, связанная с именами выдающихся поэтов девятнадцатого века Баратынского и Тютчева. В музее хранятся личные вещи поэта, книги, рукописи, фотографии, произведения живописи. Интересна коллекция фарфора и бытовых вещей».

Чмутин.Что же мы так и не выпили? (Поднял бокал.) Давайте за вас. Если бы был помоложе, честное слово – женился бы на двух. Я сижу с вами и чувствую – близкие люди. У нас дом был… от домоуправления… для дворников, сантехников, слесарей… Народ был разный: и запойные, и какие угодно. И жили-то как! Колонка от дома с полкилометра… дрова, сараи… Анна Ивановна, покойная, болела. Сережка однорукий, почтальон… за ней ходил. Чужой вроде человек. К чему я это говорю? (Пауза.) Что-то я сказать хотел! Вокруг меня женщины были без образования. Поэтому я, может быть, коряво говорю. Раньше ценилось человеческое уважение. Звание такое было – уважаемый человек. Его люди не каждому давали. Я себя не ценил выше того, что стою, но меня уважали. Советоваться приходили. Мне и Василий Иванович говорил – больно ты, Николай, серьезный. Когда я присмотрелся, как они тут живут, я спросил дочь: «Хорошо тебе с ним?» «Хорошо», – отвечает. А я не пойму, что же у них хорошего? Она в одном углу, он в другом. Богатство в доме есть, а любви нет… детей нет. Начал я им про это говорить – такое поднялось. Если нет к родителю уважения – нельзя вместе жить!

Звонок. Старушки вздрогнули. Чмутин его не услышал.

(Поставил бокал, потому что рука сильно затряслась.) И тогда я решил – все. Я жить здесь не могу! Поеду к старикам на хутора. Есть такие хутора… Молодежь поразъезжалась, живут каких-нибудь три-четыре старика, в земле копошатся. Вот такая она… Тонина деревня. Знать моя дочь не знает, что Тоня умерла… Схоронил я ее… Да и что ей об этом писать? Если она своего родного отца стыдилась, что говорить о его родне. Дом Тоня на меня записала потому, что у нее, кроме меня, никого больше не осталось. Светлая ей память… А теперь Роза Александровна ко мне туда приедет, да она там ансамбль песни и пляски организует! Так что вы не плачьте! Мы еще поживем на этом свете! Ноги наши ходят, глаза смотрят! Сердце, как в песне поется, – стучит и стучит! Был бы здесь сейчас Василий Иванович! Он бы баян принес…

Звонок.

Диана Владимировна.По-моему, кто-то пришел. Вы слышали звонок?

Роза Александровна.Это они!

Чмутин.Они? Так! (Вышел из-за стола.) Свадьбу хотели – будет им свадьба! Тут у них музыка! Включаем ее! (Ставит пластинку, включает проигрыватель.) А вы, дорогие мои… вставайте и начинайте танцевать.

Роза Александровна.Я не понимаю…

Чмутин (кричит в коридор). Почему своими ключами не открываете? Привыкли, что тут швейцар есть… Пожалуйста, танцуйте!

Диана Владимировна.Успокойтесь, Николай Михайлович!

Чмутин.Какой может быть покой! Они надо мной тут судилище устроили! Должен я им сказать все или нет? (Направляется к двери.)