Андрей Жиров - Путь в космос

В а л е р и й. Я забрался в мешок и закрыл глаза. Вспомнилось детство. Мама… Волнуется сейчас, мы наверху летаем… Долго можем летать… Неужели командир не понял еще? Ведь так спокоен… Лежу с закрытыми глазами, молчу…

Н и к о л а й. Где же я читал?.. А, у американцев. «В плену орбиты» роман называется. Космонавт не может вернуться, и тогда русский корабль приходит на помощь. Смешно… Какой корабль может прийти?! Его месяц к старту надо готовить, да и как найдешь нас, если через двое, ну максимум трое суток нас не будет… Двигатель надо использовать на полную катушку. Поближе к Земле. Поближе… Лишь бы войти в атмосферу, а там хоть в океан, в пустыню, в джунгли — к крокодилам… Лишь бы на Земле… Помнишь, Николай, свой первый полет?.. Тогда тоже… Прилипли к станции, а отойти не можем. Приклеились… Вырвал все-таки корабль Володя, а садиться пришлось ночью. Но тогда было ясно, что вернемся, раз уж вырвались… «В плену орбиты». Красиво… Неужели они не догадываются, что я понял?.. Пусть так думают… На ушах теперь стоят: как посадить. Пашина жаль. И Оксану. Глупо… Действительно невезучий…

Появляется К о с м о н а в т, к о т о р ы й п о г и б.

К о с м о н а в т. А я как раз из везучих! Лотерейный билет купил — и стиральную машину сразу выиграл. Думаю, случайность… Снова купил — ковер… С тех пор близко к киоскам не подходил: боялся пристраститься… И в полете везло: «бобы» один за другим появлялись. То батарея не открылась, то датчики отказали, а я справлялся… У другого бы ничего не получилось, а я все дефекты исправил. Вот только при посадке парашют не раскрылся… Невезучим был конструктор, его беда мою везучесть перекрыла…

З а т е м н е н и е

Высвечивается правая площадка. К р е м н е в, К у д р я ш о в а, П р е с н я к о в и П а ш и н.

К р е м н е в. Есть еще один вариант. Необычный. А суть вот в чем: Смолкин высказал идею… Кудряшова со своими баллистиками подсчитала — получается.

К у д р я ш о в а. Как будто получается.

К р е м н е в. Этот вариант позволяет, с одной стороны, выполнить программу, а с другой — в некоторой степени обезопасить, спасти экипаж.

П р е с н я к о в. Так чего же вы тянете?

К р е м н е в. Но сомнения остаются. И сложности.

П а ш и н (задумчиво). Навести станцию…

К р е м н е в. Вы знаете?

П а ш и н. Размышлял…

П р е с н я к о в. Ничего не понимаю! Вы можете четко и ясно доложить?!

К р е м н е в. Мы маневрируем станцией, подводим ее к кораблю, осуществляем стыковку…

К у д р я ш о в а. Если не появятся новые неожиданности.

К р е м н е в. …Осуществляем стыковку, и экипаж в станции, как в убежище. Там ждет нового корабля.

П р е с н я к о в. Наземные испытания его только начались…

К р е м н е в. Надо их форсировать!

П а ш и н. Реально запуск возможен только через месяц-полтора.

К р е м н е в. В экстренных случаях можно уложиться и недели за три.

П а ш и н. Но там стоит такой же двигатель… Теперь мы на нем летать не имеем права.

К р е м н е в. Десятки раз летали, еще один раз можно.

П а ш и н. Нельзя. Мы должны выяснить, что произошло… А по-прежнему — нельзя.

К р е м н е в. Это правило. Сейчас же — исключение.

К у д р я ш о в а (задумчиво). Это то же самое, что по жердочке перейти над пропастью. Можно пройти, можно и упасть.

П р е с н я к о в. Это шанс!.. Смолкин? Молодец!.. И по сути программа будет выполняться!.. Нет, мне нравится: даже в исключительных обстоятельствах мы продолжим работу. Звучит!

П а ш и н. Авантюризм!

П р е с н я к о в (взрываясь). А требовать нового полета? А Николая посылать? А на самый верх сразу? Как это называется?

К р е м н е в (Пашину). Вы же сами хотели эксплуатировать станцию…

П а ш и н. И хочу… Риск… Мы идем на него. Другого не остается. При каждом старте… Рассчитываем этот риск. Обязаны это делать… Месяц ждать тем, в космосе, — риск?

К р е м н е в. Конечно.

П а ш и н. Есть закон: у экипажа должен быть корабль для возвращения на Землю. Мало ли что случится со станцией. А у них нет корабля… Не сомневаюсь, Николай и Валерий выдержат этот месяц, хотя и нелегко каждый день ждать, что именно сегодня может случиться самое страшное. Сегодня… И так день за днем…

П р е с н я к о в. К этому их готовили.

П а ш и н. Но нам тоже остается только ждать. Нам и всем. Люди будут вставать утром и спрашивать: «А как у них?» Потом целый день думать о них… День за днем…

К р е м н е в. Может быть, поймут тогда, что такое космос.

П а ш и н. Дорогая цена, слишком дорогая… Я бы сказал — авантюризм… Переход в станцию, и вы это прекрасно понимаете, лишь отсрочка нашего решения. Это та же авария, только растянутая на месяц… Мы боимся сегодня, сейчас принять решение: а вдруг завтра что-то изменится? Но вы прекрасно знаете — не изменится! Мы не знаем главного: почему вышел из строя двигатель. Значит, и новый корабль не имеем права пускать!