Николай Мирошниченко - Пьесы

Мюллер, раскланявшись с Ли, направляется к Сосновскому.

Затемнение.

Небольшой холл. Справа у самой авансцены бар, несколько столиков. Бармен хлопочет за стойкой. Приглушенно звучит музыка. Слева видна массивная дверь, на которой висит трафарет с надписью: «Зал заседаний 5-й группы». Х о л ь м а н звонит по телефону, нажимает на рычажок, снова звонит. Входит Ш л и т т е н б е р г.

Ш л и т т е н б е р г (порывисто) . Эльза, милая! Я заметил, как ты вышла из зала. Мне надо неотложно поговорить с тобой.

Х о л ь м а н (высвобождая руку) . Извини, я очень спешу.

Ш л и т т е н б е р г. Эльза!

Из зала выходит ф р а у М ю л л е р, столкнувшись с Хольман, измеряет ее многозначительным взглядом, пропускает в зал.

М ю л л е р (строго) . Ты, мой мальчик, увлечен не тем предметом. (Зловеще тихо.) Ярцев загнан в угол, помоги Гарису.

Ш л и т т е н б е р г (покорно) . Хорошо, тетя. (Входит в зал.)

Сосновский, взглянув на часы, опускает трубку, направляется в зал. Мюллер преграждает ему дорогу.

М ю л л е р. Разрешите представиться: политический обозреватель по проблемам международного молодежного движения Ева Мюллер.

С о с н о в с к и й (поклонившись) . Слушаю вас, фрау.

М ю л л е р. Ваше впечатление от начала работы пятой группы?

С о с н о в с к и й. У нас есть пословица: «Не говори гоп, пока не перескочишь». Планка установлена на значительной отметке. Трудно сказать, с какой попытки ее преодолеют.

М ю л л е р. Боже, как часто вас выручают народные пословицы.

С о с н о в с к и й (взглянув на часы) . Извините, но я обязан быть там…

М ю л л е р. Вы, конечно, русский?

С о с н о в с к и й. Меня выдает произношение?

М ю л л е р. Вас выдает коммунистическая демагогия! Я имею в виду ваше интервью левацким газетам. (Взглянув на часы.) Можете не спешить, через несколько минут будет объявлен антракт. К тому же прерывать разговор с дамой, тем более с коллегой…

С о с н о в с к и й. Да, вы правы. Так вот насчет демагогии. Говорят, здоровая демагогия породила одну из древнейших наук — философию.

М ю л л е р. Здоровая — может быть. А ваша породила самую страшную болезнь века.

С о с н о в с к и й. На пути к прозрению человечество переболело многими болезнями.

М ю л л е р (не сразу) . Вы не испытываете желания закусить?

С о с н о в с к и й (с улыбкой) . У нас обычно такое желание появляется после чего-нибудь горького.

М ю л л е р. Думается, здесь найдется «что-нибудь горькое».

Сосновский и Мюллер отходят к стойке.

Б а р м е н (учтиво) . Слушаю вас, сэр.

М ю л л е р. Два виски! (Сосновскому.) Я еще вчера узнала вас! Вы разгромили мою книгу? В еженедельнике «За рубежом» было ваше фото.

С о с н о в с к и й. Вы автор «Третьего поколения»?..

М ю л л е р. Представьте себе. (Позирует перед ним.) Вашей дубиной размахивали во многих странах. Лучшей рекламы не придумаешь. (Поднимает бокал.) За «Третье поколение», коллега!

С о с н о в с к и й. Почему вы решили вести отсчет поколений от второй мировой войны?

М ю л л е р. Война положила отсчет новейшей истории. (После паузы.) Война отняла у меня родителей. Мать — в Варшаве, отец — под Сталинградом.

С о с н о в с к и й. Не слишком ли далеко от Берлина?

М ю л л е р. Солдат, защищая свободу, лишен права выбора.

С о с н о в с к и й. Свободу, которая исключает право даже на выбор места собственной могилы?

М ю л л е р. Таков закон качественного отбора, коллега.

С о с н о в с к и й (вглядываясь в нее) . Страшную перспективу вы готовите третьему поколению.

М ю л л е р. Оно учтет опыт дедов. Скоро вы услышите его голос.

С о с н о в с к и й. Неофашизм перейдет в наступление? Или, как говорится в вашей книге: «Коммунистическая Мекка — Москва сложит свои полномочия».

М ю л л е р (глотая виски) . У вас отличная память. Третье поколение вряд ли станет прислушиваться к миротворческому голосу Москвы. (С увлечением.) Я подсмотрела у нынешней молодежи обнадеживающую черту — повышенное любопытство к идеалам фашизма. Действует извечная сила запретного плода. Ваши проклятия гитлеризму сделали Гитлера самой популярной фигурой. Для юношества он злой гений. Мифическая личность. Он пророк. Он демон. Он крупнейший игрок века. Сами того не подозревая, вы даровали ему бессмертие.

С о с н о в с к и й. А ваши симпатии непостоянны. В своей книге вы восторгаетесь Штраусом.

М ю л л е р (подобострастно) . Штраус — мой кумир! Он — надежда порабощенной Европы. Он — будущее немецкой нации. (После паузы.) Вы не пьете? Боитесь потерять устойчивость?