Игорь Соболев - Моя деревня

С к л а й б. Вот это деловой разговор! Сэнкью! (Тихоновой.) Где наша лаборатория? (Колосковой.) Вы, кажется, представитель Цека комсомола? Комиссар! И вдруг такая красивая женщина!

К о л о с к о в а. Благодарю за комплимент. Вон два оранжевых балка ваших!

Т и х о н о в а. Идемте, я вам все покажу.

К о л о с к о в а (одна) . Где-то тут летчики… Надо к ним наведаться.

К Колосковой подходит К о н о в а л о в. Восхищенный, замер.

Ты ко мне, товарищ Коновалов? Как у тебя в отряде? Обживаетесь? Чего молчишь, комсорг?

К о н о в а л о в (в нос) . У нас, в общем… как бы поточнее сказать.

К о л о с к о в а. А ты говори правду — всегда будет точно!

К о н о в а л о в. Вас обманывать — грешно!

К о л о с к о в а. Ты что, поп? Докладывайте!

К о н о в а л о в. Вот «докладывайте»… это не ваше. Тут иностранный товарищ сейчас сказал, что вы комсорг ЦК комсомола на стройке…

К о л о с к о в а. Это не имеет значения, кто я. Выполняю задание, и все!

К о н о в а л о в. Я понимаю, я понимаю… Но когда при вас… говорят… прозой… Я готов… закричать на всю тайгу: «Идиоты! Слепые! Здесь ч у д о!!! Воплощение чистоты и женственности!»

К о л о с к о в а. Перестаньте, Митя! Может, еще позовете цветочки собирать?

К о н о в а л о в. Пойдемте! А? В тайгу… на лоно… сольемся с природой!

К о л о с к о в а. Поставим поселок! Накормим людей! И… культпоход!

К о н о в а л о в. Нет, я имел в виду немассовый… а… индивидуально.

К о л о с к о в а. Что, что?!! Как это «индивидуально»?

К о н о в а л о в. Хотел пригласить вас… побыть… на лоне.

К о л о с к о в а. Это вы мне?!!! Не ждала! (Уходит.)

К о н о в а л о в (смотрит вслед. Про себя) . Чистая! Непорочная!.. СВЯТАЯ!

Его сзади обнял Д л и н н ы й.

Нет, правда, Евгений! Все мы какие-то приземленные, расчетливые до цинизма. А она — богиня! Фея чистоты!

Д л и н н ы й. Липа Колоскова — фея? Ну ты даешь, старик! Хм! Фея! Хм!

К о н о в а л о в. Прекрати! Немедленно заткнись! Марш в палатку!

Уходят.

С разных сторон входят Б у д а н к о в, Б и к е т о в а, З о я, д е в у ш к и и п а р н и. А л е к с е й с Д и м к о й везут бидон с водой. За ними идут Т а н я и М а ш е н ь к а.

Н а д я. Смотри-ка, Зоенька! Наш Алеша-то уже при деле.

З о я. О, здесь, кажется, не только делом попахивает!

Д и м к а. Бряхня! Сейчас дымком запахнет! Я мотнусь в сельпо.

А л е к с е й. Димка! Прекрати!

Д и м к а. Нашему комсоргу охота товар лицом показать.

Входит К о л о с к о в а.

К о л о с к о в а. Трех человек выделить на причал! Срочно! Знакомьтесь, товарищи! Это директор зверосовхоза товарищ Буданков!

Появляется Е р м а к о в. Таня не видит его.

Это секретарь партбюро — Оля Бикетова. С легкой руки командира десанта вас, Олечка, стали величать по-комсомольски, без отчества!

Б и к е т о в а. А мне так даже больше нравится. Вроде бы помолодела! А это наши ударницы со зверофермы: Зоя, Надя, Лида. Наш комсорг Алексей Буданков.

К о л о с к о в а. Сын? Копия папы!

А л е к с е й (возле Тани) . Алексей Буданков.

Т а н я. Таня… Халатова.

А л е к с е й. Родители — москвичи. А я появился на божий свет в этом дремучем поселке между зверофермой и… коровником!

Д и м к а. Бряхня! Еще сельпо не назвал. Там иногда бывает… кое-что.

Т а н я (тихо, Алексею) . Я тоже москвичка. (Почему-то смутилась, опустила глаза, потом решительно подняла их на Алексея и заговорила просто и доверительно.) Я не знаю, как это я сюда приехала. Сначала все очень кричали на факультетском собрании, все просились, а я была почти уверена, что родители меня никогда и никуда от себя не отпустят, и как будто кинулась в бурный поток и тоже закричала: «Запишите меня!» И вы знаете, почему-то сразу наступила тишина, а потом все захохотали! «Халатова — и вдруг на БАМ!» Меня заело! И назло поехала! А зачем, Алеша? Ведь я тепличная. Ну работала в бюро комсомола. Ну выезжала с детьми в пионерлагерь. Но это же в Тучкове, под Москвой. А тут… И началось! Боже мой! Мама чуть не в обмороке! Папа все время пьет корвалол. Набежали тети и дяди! Я даже не знала, что у меня столько тетей и дядей! А я была с ними жестока! Нет, нет! Я не жалею, что приехала… Но, в общем-то, все это несерьезно. А в дороге меня обманул один тип. Он прикинулся влюбленным, а сам… Боже мой, зачем я это вам… первому встречному…

А л е к с е й. Первому встречному?

Т а н я. Простите, Алеша. Я, кажется, начинаю грубеть! Но поверьте, я совсем не такая. Я буду хорошо работать. Правда, правда. Я как-то вот так сразу посмотрела на вас и решила: «Вот он, тот человек, которому можно верить». Я ошиблась еще раз?