В а л е р к а. Что это ты поешь, Часовщик?
Ч а с о в щ и к. Так, песенку. Просто песенку… (Напевает.)
Бегут, бегут мгновения,
На близнецов похожие.
Стучат по камню времени,
Как каблучки прохожего.
Уходят дни, приходят дни.
Куда от нас идут они?
Идут, не возвращаются.
Куда они деваются?
В а л е р к а. Нет, не так! Нет, не просто! Ты придумал что-то новенькое! Сознавайся, придумал? Ведь придумал?
Ч а с о в щ и к. Ложись-ка да спи. Ночью к тебе придет…
В а л е р к а (подхватывает, как старую, давно надоевшую сказку) . …Дед Мороз, и положит игрушечку под подушечку, и та-та-та, и тра-та-та. Ну-ка, показывай, что у тебя в руке!
Ч а с о в щ и к. Где?
В а л е р к а. Не в той! Не в этой! В той, что за спиной.
Ч а с о в щ и к (показывает пустую ладонь) . Ничего нет. Завтра проснешься…
В а л е р к а. Опять завтра. Эгоисты вы. И ты, Часовщик, и твоя Часовщица. Сами веселитесь, а я лежи и мучайся.
Ч а с о в щ и к. Мне это не нравится, Валерий, ты совсем перестал называть нас мамой и папой, все часовщики да часовщики.
В а л е р к а. А что я могу поделать, если ты работаешь мастером на часовом заводе? Ты часовой мастер. Или сокращенно — часовщик. А твоя жена — часовщица.
Ч а с о в щ и к. Она, между прочим, еще и твоя мама.
В а л е р к а. Она вот сколечко мама, и во-от сколько часовщица. Все время на заводе. Я ее и не вижу. Пожалуйста, если тебе так больше нравится, я буду называть ее мамовщицей.
Ч а с о в щ и к. А меня паповщиком?
В а л е р к а. Пожалуйста.
Ч а с о в щ и к. Я — паповщик, мама — мамовщица, а кто же тогда ты? Сыновщик?
В а л е р к а. Нет, я маятник. Качаюсь тут с боку на бок… И в будни один, и в праздники один… (Уткнулся носом в живот Часовщика.)
Ч а с о в щ и к (сел рядом, обнял его) . Ладно, маятник, не обижайся. (Достал из кармана коробочку с часами, многозначительно смотрит на Валерку.)
В а л е р к а. Ой, папа… Мне?!
Ч а с о в щ и к. Я же обещал, если ты без троек окончишь полугодие. Получай!
В а л е р к а (с восторгом рассматривает часы) . Папка…
Ч а с о в щ и к. Хороша машина? Наша последняя модель.
В а л е р к а (прикладывает часы к уху) . Стоят!
Ч а с о в щ и к. Они еще не заведены. Я заведу их ровно в полночь. Утром проснешься и услышишь их веселую песенку. (Напевает.)
Мы идем, мы идем, мы идем!
Тик-так!
Мы в пути, мы в пути, мы в пути!
Тик-так!
Мы найдем, мы найдем, мы найдем!
Тик-так!
Каждый счастье обязан найти!
Тик-так, тик-так…
В а л е р к а. А сейчас нельзя завести?
Ч а с о в щ и к (отбирает у Валерки часы, прячет в коробочку) . Что ты, что ты! Ни в коем случае!
В а л е р к а (подозрительно) . Почему бы это?
Ч а с о в щ и к (с таинственной многозначительностью) . Так надо. (Встал, хочет идти.)
В а л е р к а (удерживает его) . Для новой сказки?
Ч а с о в щ и к. Спать! Завтра, Валерка, завтра!
В а л е р к а. Я не доживу до завтра!
Ч а с о в щ и к. Неловко, сынок, там гости, они обидятся.
В а л е р к а. Не обидятся. Подумаешь, гости! Что ты, не видел гостей?
Ч а с о в щ и к. Действительно, что я, не видел гостей? Мне самому хочется остаться с тобой. Да меня так и подмывает сесть к тебе на диван…
В а л е р к а. Ты садись поскорее и начинай!
Ч а с о в щ и к. Мама рассердится.
В а л е р к а. Не рассердится. Ну, папка! Ну, пожалуйста!
Ч а с о в щ и к (оглянулся на дверь, из-за которой слышны музыка и веселые голоса. На какое-то мгновение заколебался, решительно махнул рукой, сел на диван) . Тише. (Прислушивается.)
В а л е р к а (моментально включаясь в игру, шепотом) . Что?
Ч а с о в щ и к. Ай-ай-ай! (Прислушивается.)
В а л е р к а. Что там такое?
Ч а с о в щ и к. Неужели не слышишь?
В а л е р к а. Нет.
Ч а с о в щ и к. Прислушайся! (Указывает на старые напольные часы с гирями.) Какой неровный ход!
В а л е р к а. Постой, постой… (Прислушивается.)
Из многоголосого хора тикающих часов выделяется один голос, который начинает звучать громче других. Мы отчетливо слышим неровный ритм: «Тик-так, тик… Тик… Так».
Ч а с о в щ и к. Опять отстали на тридцать минут!
В а л е р к а. Что бы это могло значить?
Ч а с о в щ и к (вставляет в глаз лупу, открывает дверцу часов, рассматривает механизм) . Очень древний механизм. Чинили его, чинили, но, видно, уже ничем не помочь. Вот оно что! Неужели? Так и есть! Судя по всему, это произойдет нынешней ночью!
В а л е р к а. Что «это»?
Раздается зловещее шипение, затем жужжание, скрежет, резкий щелчок… Неожиданно мелодично, даже как-то грустно бьют старые напольные часы.
Читать дальше