Геннадий Никитин - Чаша бытия

В я т к и н. А агроном должен работать и жить на земле своего детства, где он родился и вырос.

В а л я. Размечтался тут, на своих помидорах, как курица на яйцах. Буду я с ним в деревне гнить, лепехи коровьи подбирать! Чужие, правду ты сказал, чужие мы и есть. Я это давно знала.

В я т к и н. А я сейчас узнал.

В а л я. Вот дура!

В я т к и н. Это я дурак — подруга жизни, свет в окошке.

В а л я (взрываясь) . Да ты знаешь, кто я?! Жизнь теперь у меня вот где! (Показала сжатый кулак.) Все будет по-моему, как я захочу!

В я т к и н. Нет, будет так, как я захочу. (Достает большую дорожную сумку, с треском открывает замок-молнию, начинает собираться.)

В а л я (схватив кусок хлеба и косынку, бросает на ходу) . Нет мужа, и такого мне не надо — проживу! (Выходит.)

Вяткин в растерянности бросает сумку, в смятении чувств не может ни на что решиться.

Вечер. В комнате беспорядок. На полу посреди горшков с растениями сидит В я т к и н. Появляется пьяненький С е л и в а н о в.

С е л и в а н о в (не сразу) . Один?

В я т к и н. А-а. Думал, к утру заявишься.

С е л и в а н о в. Тут такое завернулось… Такие события!..

В я т к и н. Представляю.

С е л и в а н о в. Да-да, не ожидал. От кого-кого, но от нее!.. Просто страшно.

В я т к и н. Деньги на бочку.

С е л и в а н о в. Деньги? Деньги! (Смех.) Деньги не проблема. Совесть. Вот проблема — сидит в тебе и точит. Пожалуйста, трешка. (Смех.) Друга встретил, фронтового.

В я т к и н. Не знал — ты, оказывается, с фашистами сражался, успел.

С е л и в а н о в. Да не я, он воевал. А для меня кто воевал, тот и друг — я для него на все готов. (Смеется.) «Деньги». Что ты сегодня с утра — деньги, деньги. Не узнаю тебя, Ан-натолий. Вот — кладу трояк, за мной семь. Семь. Понял? Я вообще больше к этому (развел руками) отношения не имею. К этой организации. (Смех.)

В я т к и н. Серьезно? Ревизия накрыла? (Поддерживает разговор с Селивановым, не вникая в суть, лишь бы он отвязался.)

С е л и в а н о в. Вот именно, что ревизия! (Хохочет.) Я сам себе ревизию устроил.

В я т к и н. Давно пора.

С е л и в а н о в. А ты спроси, спроси. Умей к человеку в душу заглянуть — он тебе такое откроет…

В я т к и н. Ну, выпил, вижу. Может, мало? Возьми — добавь.

С е л и в а н о в. Да что вы мне все водку суете. Что я, пьяница?! Что я, сам себе достать не могу?

В я т к и н. Гурий…

С е л и в а н о в. А?

В я т к и н. Слушай, друг, ты чего меня изводишь? Пришел — говори.

С е л и в а н о в (повеся голову на грудь) . В декабре — сорок, а я опять, оказывается, никто.

В я т к и н. И все события?

С е л и в а н о в. Считаешь, мало?

В я т к и н. Брось ты из-за ерунды убиваться. Кто тебе сказал, что ты никто?

С е л и в а н о в. Лидия. (Поднимает руку с ключами вверх, драматически.) Видал?!

В я т к и н. Видал, видал и слыхал — ты их из рук не выпускаешь.

С е л и в а н о в (швыряет ключи об пол) . Металлом. Липа! Ни один ключ к ее делам не подходит. Сейчас обнаружил. Нет, ты еще не понял?

В я т к и н. К каким делам, Гурий?

С е л и в а н о в (сквозь пьяные слезы) . А ни к каким. Все вранье и обман. Толик! Я ж со всей душой, а она?.. Кормить-то кормила, этого не отнимешь, но… Эх, Толик, Толик. Ты мне скажи, что мне делать? Как с ней поступить? Убить? (Начинает смеяться.) Утопить?

В я т к и н. Она тебе не верит?

С е л и в а н о в. О! Нет, ты теперь понял? Половина ключей — фальшивка! А я — дурак дураком. В декабре — сорок, а кто я? Толик…

В я т к и н. Взял бы да ушел… как я.

С е л и в а н о в. А ты куда? (Тут только замечает, что Вяткин собрался в путь-дорогу.) Толик, друг… (Встает.) Понял. Когда?

В я т к и н. Катер? (Как-то невесело.) Да скоро.

С е л и в а н о в. Все. Едем! Сейчас и поедем. (Убегает.)

Одновременно с разных сторон навстречу друг другу появляются В а л я — она возвращается с работы — и Ж д а н о в а - С е л и в а н о в а.

Ж д а н о в а - С е л и в а н о в а. Валька, чепе! Собрались уезжать, и твой и мой.

В а л я. Где он?

Ж д а н о в а - С е л и в а н о в а. В каюте, на чемодане — ждет вечерний рейс.

В а л я (не сразу) . Что ж делать?

Ж д а н о в а - С е л и в а н о в а. Как — что? Переодеваться! И в бой!

В а л я. Господи, как я устала, как мне тяжело все это, Лидка…

Ж д а н о в а - С е л и в а н о в а. Ничего не тяжело, а как ты думала? Тяжело будет, когда его не будет!

Уходят. К В я т к и н у возвращается С е л и в а н о в; он в теплой куртке с воротником из цигейки, в шапке, в руках — столярный ящик с набором инструментов.