Валентин Катаев - Том 7. Пьесы

Дудкин. Что ты горячишься, Зоенька? Куда ты?

Дудкина. Здесь есть городской телефон. Надо сейчас же звонить в домоуправление. Боже мой! Мое норковое полуманто, моя карельская береза!.. (Убегает.)

Дудкин. Зоенька!.. Зоенька! (Идет вслед за ней.)

Миусов осторожно выглядывает из часов.

Зайцев осторожно выглядывает из двери, не видит Миусова. Миусов видит Зайцева.

Миусов. Ай, Дудкин! (Прячется.)

Зайцев. Кажется, никого нет. Больше нельзя терять ни одной минуты, а то ко мне сейчас же начнут применять общий кварц, и тогда я окончательно потеряю Миусова. Скорей, скорей! (Спешно собирает вещи.)

Миусов выглядывает из часов, осторожно выходит из них.

Зайцев с вещами под мышкой опять появляется в дверях, не видя Миусова.

Миусов вдруг видит Зайцева, вскакивает в часы и захлопывает дверцу.

Зайцев (пугается стука дверцы) . Ай! Что такое? Стреляют? (Озирается.) У меня уже, кажется, начинаются галлюцинации слуха. (Пробирается к выходу.) Сейчас я поймаю Миусова, получу резолюцию — и домой! Как можно скорее. Домой, к Розе Еремеевне…

За сценой слышны голоса Клавы и Кости.

Сюда идут! Товарищ Игнатюк! (Стремительно вбегает в комнату и закрывает за собой дверь.)

Входят Клава и Костя.

Клава. Костечка, да ты подожди. Ты меня послушай. Можешь ты меня выслушать?

Костя. Нам больше не о чем говорить.

Клава. Ты мне только скажи одно: чем я тебя обманула?

Костя. А ты не знаешь чем? При живом муже за другого замуж вышла.

Клава. Я вышла замуж за другого?!

Костя. Конечно.

Клава. Вот несчастье! Вбил себе человек в голову. Ну, как же мне тебе доказать? Это же чистая ерунда.

Костя. Нет, я знаю.

Клава. Откуда же ты знаешь?

Костя. Мне сказали.

Клава. Кто?

Костя. Сказали добрые люди. Спасибо. Открыли на тебя глаза.

Клава. Кто же сказал?

Костя. Швейцар.

Клава. Костечка, ты в самом деле больной. У тебя мания. Какой швейцар?

Костя. Здешний. Сыроежкинский.

Клава. Что же он тебе сказал?

Костя. Сказал: «Супруг Клавы Игнатюк».

Клава. Кто супруг Клавы Игнатюк?

Костя. Я не знаю. Швейцар не сказал. Тебе лучше знать. «У нас, говорит, отдыхает Клава Игнатюк со своим супругом». Кажется, довольно прозрачно. «Супруг Клавы Игнатюк, говорит, известный человек, ходит в пижаме». Вопрос исчерпан.

Клава. Известный человек? Костечка… Постой! (Начинает смеяться.) Муж Клавы Игнатюк… Швейцар… Известный человек… Ой, Костечка, ты меня убиваешь!.. Ой, я больше не в состоянии!.. (Хохочет.)

Костя. Вам это так смешно?

Клава. Ну, конечно… Ой, не могу!.. Швейцар!.. Известный человек!..

Костя. Прощайте, Клавдия Васильевна, смейтесь одна.

Клава. Костечка, подожди. Можешь ты ответить мне на один вопрос?

Костя. Нам больше не о чем с вами разговаривать.

Клава. Одно только слово! Когда ты приехал, ты сказал швейцару, кто ты такой?

Костя. Ну, сказал.

Клава. Как же ты сказал?

Костя. Сказал — Галушкин.

Клава. А что я — твоя жена, сказал?

Костя. Не сказал.

Клава. Ну?

Костя. Что «ну»?

Клава. Не соображаешь?

Костя. Нет.

Клава. Плохо дело. Тогда тебя действительно надо в мешок и на крышу. Напрягись. Ну! Не можешь? Эх, ты! Слушай. Я приезжаю сюда, в «Сыроежки», и говорю, что буду отдыхать здесь с мужем. Костя, так?

Костя. Так.

Клава. Ты приезжаешь и спрашиваешь: «Клава Игнатюк здесь?» Тебе говорят: «Здесь». Верно?

Костя. Верно.

Клава. Причем учти: ты не говоришь, что ты мой муж. Да?

Костя. Да.

Клава. Значит, все знают, что я здесь с мужем, но никто не знает, кто мой муж. Так?

Костя. Так.

Клава. Что же тут удивительного в том, что швейцар сказал тебе, что здесь Клава Игнатюк с супругом? Все правильно. Клава Игнатюк с супругом и есть. Так?

Костя. Ну, допустим, что так. (Подозрительно.) Только все-таки что-то ты крутишь…