(Вынимает меч и отсекает. Воинам.)
А вы его не смейте пальцем тронуть!
Проснувшись, он захочет, верно, пить;
Кувшин с водой поставлю к изголовью!
(Берет глиняный кувшин с змеевидной ручкой и ставит возле Саула Саул шевелится. Давид прыгает в глубину пещеры.)
О, если бы хоть каплей чистой влаги
Я освежил пылающие губы!
Кувшин! Откуда? Прежде не видал я
Здесь кувшина! Но это очень кстати.
(Пьет. Давид показывается.)
Опять меня морочит призрак лживый?
В пустыню я, и он за мной в пустыню5
Смотри! В лучах полуденного солнца
В моих руках блестит кусок багряный
От твоего дорожного плаща!
Сейчас его отрезал я мечом!
Когда б хотел я, заостренный меч
Легко отсек бы голову твою.
Но не хотел я гибели Саула.
Хоть он моей алкает так упорно!
Мне горько, царь, что я посмел одежду,
Тебе принадлежащую, рассечь!
Теперь ты видишь, понимаешь ты,
Что понапрасну думал, будто я
Ищу тебя убить? Когда бы легче
Я это мог исполнить, чем теперь!
Но вот мой меч к ногам твоим слагаю!
Опомнись, царь! Кого ты злобно гонишь?
Что сделал я тебе? Господь рассудит
Меня с тобой! Но знай: моя рука
Не поразит тебя!
А я-то думал.
А я, безумный, верил, что с престола
Меня свести ты хочешь!.. О, безумье!
Прости меня, прости меня. Давид!
Давид, мой сын, ты ль это?
Прости, за зло добром мне воздающий!
О, как ты чист и свят! И как я мерзок
Себе кажусь перед тобою! Кто,
Кто, повстречав врага, его отпустит?
А ты… Послушай: скоро час пробьет
И средь живых меня уже не будет!
Я не скорблю о жизни! Но одно
Меня томит: оставлю я детей,
Беспомощных сироток. Злая участь
Детей Саула ожидает. Если
Ты раз был добр с твоим врагом заклятым,
То пощади его птенцов безвинных!
Они тебе не могут повредить!
Пошли их к деду Кису. Там забудут
Они отца, виновника их бедствий,
И доживут свой век под тихой кровлей
Пастушьей хижины. Не будь жестоким,
Не откажи в моей единой просьбе,
Клянись ее исполнить!.. Царь Давид!..
Клянусь ее исполнить, царь Саул!
Мой мальчик! Ты ль, недавно так игравший
На гуслях песни галилейских гор,
Ты ль, так робевший в царственных чертогах,
Ты ль — ныне царь?.. О, что со мной? Без боли
Тебя, Давид, царем я называю!
Достоин ты престола! Как прекрасен
Ты стал теперь! Каким чудесным блеском
Твои глаза сияют голубые!
Будь, будь царем и будь меня счастливей!
Цвети здоровьем, силой, красотой…
Но, позабыв проклятого Саула,
Не забывай его детей несчастных!
Он умер. Перед смертью ничего
Не поручил сказать мне. Неужели
Меня совсем забыл он? Иль, быть может,
Не смел, боялся Бога?.. Одиноко
Совсем теперь мне стало! Прежде знал я,
Что где-то есть великий муж, мудрейший
Меня… Он умер. Я теперь один.
Все, кто вокруг, мне кажутся ничтожны,
И сердце им открыть я б не решился.
Что мне дадут они? Насквозь я знаю
Все мысли их. Мне душно в этом мире,
Я жажду тайн, сокрытых в сердце мира…
Я знаю, мир умерших страшно близок
Для нас, живых, и силой тайных чар
Порой мы может с ними сообщаться
(Одни глупцы не ведают об этом)!
Я богом стал себе однажды, Бога
Отвергнув… Тайны жизни мировой
Ужели Бог не вскроет? Помню, слышал
Я о колдунье галилейской. Как-то
Мне указали дом ее, высоко
Стоящий на горах у Аэндора
Среди бесплодных скал… Она мне даст
Ключи от тайн. Презренно суеверье,
Что запрещает нам тревожить мертвых!
Он нужен мне, и я его достану,
Хотя б из черной пасти ада! Завтра
Тайком бегу в далекий Аэндор,
Чтоб говорить с пророком Самуилом!
Как ночь ясна, прозрачна! Над горами
Сияют звезд лучистые лампады;
Ни ветерка, — и слышу чутким сердцем
Напевы звезд серебряных. Хотел бы,
Покинув шум земли, в далекий путь
Пуститься я сквозь океан воздушный
И навестить пустынную луну…
Ничья нога там не была ни разу;
Там нет цветов и вольных ручейков,
Там тишина и неподвижность смерти.
Читать дальше