О земле и о небе мечтая,
Человек жил надеждой на Бога
И искал своё счастье, не зная,
Что оно его ждёт за порогом.
А когда он сплотился народом
И обрёл всенародную силу,
Без оглядки на чёрта и Бога
Он зарыл страх навечно в могилу.
Вековые мечты о свободе
Поколеньем моим воплотились,
Пусть кричат Енисея пороги,
Что мечты красноярцев свершились.
Красноярцы сегодня ликуют,
И младенец истории с ними,
И Земля во Вселенной рисует
Не одними кругами пустыми.
Маяки одного поколенья,
Что и я и что край Красноярский,
Низвергают времён всех сомненья,
Утверждают жизнь подвигом ярким.
Юбилей Красноярского края
Вся страна вместе с ним отмечает,
Горизонты веков раздвигая,
К лучшей жизни победно шагает.
И шагает с моим поколеньем
Молодёжь, и мы этому рады,
В их глазах видим наше горенье,
И не надо нам лучшей награды.
Посвящается 360-летию г. Красноярска, 1988 г.
Музыка композитора Олега Проститова…
Миллиарды планет
Озаряют космос светом,
Но во всей Вселенной нет
Ярче звёзд Страны Советов.
Припев:
Их рубиновый цвет
Зажигает сердца,
Над землёю рассветам
Не будет конца,
Реет знамя свободы,
В мире нет крепче уз,
Братство славных народов —
Наш Советский Союз!
Освящён двадцатый век
Славными его делами,
В космос вышел человек,
Вся земля ликует с нами.
Припев.
Пусть салютом гремят
В небе звёздные разрывы,
Расцветают как сад
Города, леса и нивы.
Сердце Родины стучит
В ритме ленинских заветов,
Гимн свободы звучит
В алом зареве рассветов.
Сегодня Красноярск сияет,
Он вместе с Родиной своей,
На празднике своём гуляет,
Свой славный отмечает юбилей.
Смотрю сейчас на детвору
И вспоминаю наше детство.
Ту предвоенную пору,
Отца пилотку по соседству
С моими детскими вещами.
Его приезд был редкий дар
Меж приграничными боями.
Я помню радостный угар
Тех встреч и горечь расставаний.
И под улыбкой скрытую тревогу
В глазах у матери, и муки ожиданий,
И сборы в новую дорогу.
Я не забуду голос Левитана
И горя всенародного волну,
Когда он сообщил, что утром рано
Фашисты начали войну.
И детство наше завершилось
По воле рока. Не судьба
Была, видать, чтобы случилась
В свой срок природная пора.
Так неужели повториться
Должно всё с этими детьми?
Такое чёрту не приснится,
А что же – мы между людьми.
Не можем навсегда решить,
Чтоб люди в мире созидали.
Чтоб не боялась мать родить.
Чтоб дети нас не проклинали.
Откуда взялось это горькое слово,
Что бьёт наотмашь, выбивая слезу?
В нём жалость, и боль, и что-то от злого,
Что есть в человеке на самом низу.
Я помню, как часто в мой адрес звучало,
Оттенками разными раня меня:
«Эй, безотцовщина!» – и будто сжимала
Сердце тисками обиды броня.
Дяди и тёти охали, ахали,
Гладили жалостливо по голове,
Иные от «щедрости лёгкими взмахами»
Внушение делали сироте.
Всё обижало: и злость, и жалость,
Грудь распирала протеста волна,
И дяди чужого «невинная шалость»
Взрывала, но всё заглушала война.
В памяти детской остались навечно
Образы воинов в белых бинтах,
Их по-отцовски улыбки сердечные,
С грустью замешанные в глазах.
Глядя на нас, раненый каждый
Мыслью своею к груди прижимал
Тех малышей, что оставил однажды,
Милую, сердце которой отдал.
Врезались в память салюта раскаты,
В каждой семье ожиданья накал.
Домой возвращались с Победой солдаты,
А я всё ходил на вокзал и всё ждал.
Не верил, что делаю это напрасно,
Завидовал тем, кто любимых встречал.
Я и сейчас представляю прекрасно
Те грёзы, в которых отца обнимал.
Да, «безотцовщина» – горькое слово,
Я её выстрадал в жизни своей,
Поэтому голос свой снова и снова
Я отдаю в защиту детей.
Читать дальше