Давай поднимем тонкие бокалы
Игристого, волшебного вина
За щедрую любовь – царицу бала –
Мы выпьем все до капельки, до дна.
Ты словно вихрь ворвался в жизнь мою,
Разворошив томительную скуку,
Давно забытый трепет узнаю,
Предчувствуя пленительную муку.
В пьяняще-терпкий, сладостный полет
Взметнулось сердце, а душа молила:
«Оставь меня, пусть жизнь моя течет
Как прежде – монотонно и уныло».
Но как себя от глаз твоих спасти?
Как мне забыть слова твои шальные?
Как вновь покой привычный обрести,
Где чувства, мысли и дела иные?
Я не хочу волнений и тревог,
И долгих дней мучительных сомнений,
Ведь я давно дала себе зарок –
Не допускать подобных приключении.
Всех чувств моих в стихах не описать,
Забыть тебя пытаюсь я напрасно,
И мне, как Фаусту, так хочется сказать:
«Остановись, мгновенье, ты прекрасно…»
Мне не забыть один осенний вечер,
Когда под красным кленом на скамье,
Не состоялась наша с вами встреча,
Вы почему-то не пришли ко мне.
Я жаждала любви и сказки дивной,
В душе и сердце царствовали вы,
В тот вечер в простоте своей наивной
Хотела я признаться вам в любви.
И я ждала вас долго, безнадёжно.
В тоске и грезах встретила рассвет.
Такое только в юности возможно,
Тогда мне было восемнадцать лет.
Промчались годы, словно птичья стая,
И сколько лет – я точно не скажу,
Но мимо той скамейки иногда я,
Как в юности далекой, прохожу.
Все тот же клен, то красный, то зеленый,
Быть может, он растет здесь целый век,
И очень часто на скамье под кленом
Сидит седой усталый человек.
Все та же стать, что так меня манила,
Высокий лоб, изгиб красивый губ;
За вечер тот я вас давно простила,
И вас совсем забыть я не могу.
Я знаю, что разлука неизбежна,
Запомнишь ли ты взгляд прощальный мой,
В котором только горечь, боль… и нежность,
И тайна, что останется со мной.
И даже не начавшись, все закончится,
Все превратится в призрачный туман,
И тень привычного с годами одиночества
Меня накроет, как невидимый капкан.
А за стеной – напев морозной вьюги,
И, стоя у замерзшего окна,
Я напрошусь к тебе, метель, в подруги,
Душа моя ведь тоже холодна.
И в этот белоснежный, вьюжный вечер
Споем с тобой мы песню в унисон
О том, какой была прекрасной наша встреча –
Как сказочный, неповторимый сон.
Есть в тишине какая-то тревога,
Необъяснимое предчувствие невзгод,
И, словно, где-то рядом у порога
Стоит беда и молчаливо ждет.
Когда в лесу вдруг умолкают птицы,
В цветок зарывшись, замерла оса,
Оповестят нас рыжие зарницы,
Что вслед за тишиной придет гроза.
Я тишины боюсь – она пугает
Меня таинственною немотой,
Кто в одиночестве живет, тот знает,
Что тишина – обманчивый покой.
Пока живу, я не хочу покоя,
Жизнь беспокойную Господь нам подарил,
А в тишине есть что-то гробовое,
Ей на погосте место, средь могил.
Пусть лучше боевик с телеэкрана
Заполнит взрывами мой одинокий дом,
А может быть, красивое сопрано
Взволнует душу мне романсом о былом.
Не спи, мой город, я окно открою,
Пусть захлестнет меня твоих шумов волна,
Не надо тишины мне и покоя,
Настанет время – я познаю их сполна.
Остановись, не уходи,
Не оборви струны звучанье,
И с нежным взглядом горьких слов
Не говори мне на прощанье.
Еще горит в душе моей
Огонь несбывшихся желаний.
Я не хочу их превращать
В разряд былых воспоминаний.
В твоих глазах тоска и боль,
Ты тоже медлишь с расставаньем,
Остановись, не делай шаг
К порогу вечного страданья.
Молю тебя, не уходи,
Не наступил наш час прощанья.
У нас сегодня ночь любви,
А не последнее свиданье.
«Мне жаль людей завистливых и злобных…»
Мне жаль людей завистливых и злобных, –
У них в душе покою места нет,
В их душах беспокойных и тревожных
Навек погашен благодатный свет.
Читать дальше