Мои стихи к себе не нужно мерить…
В них, просто так, проекты и мечты.
Всегда бичую выдуманного зверя,
Но этот зверь, хорошая, не ты!
Но трактовать, как хочешь, не неволю,
Ты можешь всё по своему рожать,
Но я себе публично не позволю,
Кого угодно лично обижать!
Важны мне все, ты знаешь, твои мнения,
И я их сердцем, и душой вобрал.
Но не считаю личным оскорблением,
Что я по миру крохами собрал!
Твои слова немного огорошили,
Ну ладно, всё познается в борьбе…
Я о тебе всегда пишу хорошее,
А что плохое, то не о тебе!
Снится мне что не сплю, а блуждаю по зарослям манго,
Но как трудно достать его сладкий живительный плод…
А далёкий прибой тихо шепчет мелодии танго —
Акт красивой любви, с атрибутом красивых забот.
И позвал тот прибой, я мелодии танго поверил,
Видно я, на тот миг, не усвоил обмана урок.
Был Эдем напрокат, для меня закрывались все двери —
В нём кончался сезон, он был выдан на маленький срок,
Только что за Эдем, что подвластный капризам сезона?
И шипами от роз мои руки и ноги в крови.
Быстро лето прошло! … А Эдем стал запретною зоной —
Заповедник моей непонятной и терпкой любви.
Всё равно очень рад, благодарен ему за терпение…
Нелюбви и любви был пролит на меня океан.
Пусть и ноет душа, но от сердца, мерси за прозрение,
Что прозрачным дождём проливается серый туман.
Но когда солнца луч паруса все окрасятся в алое,
И кипит за кормой серебром, как живым, полоса.
А спускается ночь, в море падают звёзды усталые,
И окрасятся в ней, в тёмно—синее все паруса.
Но никто не сказал, то, что алое лучше чем синее,
Синим цветом волна колерует притихший прибой!
А сверкнёт солнца луч и иголками солнца, как инеем,
Превращается синь, в очень светлый как жизнь— голубой!
Я остался один, лишь колышется палуба шаткая,
Да оснастка скрепит, а вокруг на борту никого.
И бушует волна до историй трагических падкая,
А мелодии грёз о борта выбивают тангО!
Здравствуй буря, и шквал, а я знаю и буду надеяться —
У меня хватит сил, доплыву, доползу, добреду!
Установится штиль, а туман накативший развеется,
И увижу опять я свою золотую звезду!
Последний луч пурпурного заката,
Закрыла вдруг осенняя гроза…
Вы мне сказали: «Как я виновата»!
Даже скатилась «скорбная» слеза.
Нам Сатана не те пророчит двери…
Но для чего же голова дана?
Я виноват, что Вам легко поверил,
Не Ваша это, а моя вина!
Финал как ночь для жизненного ралли…
Тем болье, в нём любовная стезя…
Себе и мне Вы очень мило лгали,
Что не поверить было Вам нельзя!
Во лжи любовь была как доминанта,
Пусть и стелили мягкую кровать,
Только сейчас, актёрского таланта,
Я понял Вам, мой друг, не занимать.
С большим искусством вы трепали нервы,
Порыв на жизнь приблизили к нулю…
Конечно, Вы порядочная стерва,
Но, Чёрт возьми! … Такую Вас люблю!
И в мыслях Вас до боли обнимаю
Но, не дай Бог, почуете беду,
Я брошу всё, порву и поломаю,
Через огонь и воду, но, приду!
Покровско—московский романс
С кем Вы сейчас? Мадам, кто с Вами рядом?
Кому открыли тайный свой полог?
Ласкаете улыбкою и взглядом,
Склонённого в любви у Ваших ног?!
Он завладел душой Вашей и телом…
Но я у Вас пощады не молю!
А если завистью страдаю, то лишь белой,
Но, всё равно, мне кажется, люблю!
Пусть он, как я целует Ваши руки…
Мне не горька фантазия моя!
Лишь испытать желаю ему муки…
И так любить! … И так страдать, как я!
Меня, конечно, ждут другие встречи,
И испытаю я любовный яд,
Но буду я искать в интимный вечер,
Зовущий Ваш, неповторимый взгляд.
И может я, буду чуждаться женщин,
И не услышу их любовный глас,
Если не будут больше, или меньше,
Чем—то, мой друг, похожие на вас!
Но всё равно рассеется тревога,
Уйдёт дурман из буйной головы.
И зарастёт короткая дорога,
Сухой листвой некошеной травы.
Москва. 9 сентября 2016г.
Читать дальше