Ей бы так хотелось по небу полетать,
Но слишком много страхов обитают в груди,
Не дают открыться закопанной в грехах любви.
Ей все не так, но люди вокруг,
Сомкнули ее божественный круг,
Ей даны люди открытые душой,
«Милая, мы всегда с тобой»,
А те, кто еще не проснулся в пути,
Не смогут дотянуться до твоей души.
Не волнуйся, пташка, у тебя все будет,
Твои страхи тебя не погубят,
Ты просто жди своего великого часа,
Когда во все слушание проявятся гласа,
Когда люди, тебя окружать не устанут,
Молитвы посылая, на пути зла встанут,
Защитят и согреют своим крылом,
И ты, наконец, уяснишь потом,
Что ты в окружении добрых людей,
Расправляй крылья и лети в небо скорей!
Декабрь теплый виднеется за окном,
И ей не терпится сесть поздно вечерком,
За чистый лист, на теплую кровать,
Дать своей персоне немного помечтать.
Она мечтает о чистой, невинной любви,
Чтобы после одного свидания расцвели цветы,
И может ей совсем невиданно это чувство,
И бывает иногда внутри как-то пусто,
Но эту пустоту она заполнить хочет,
В твоих письмах родной, знакомый почерк
Она находит, и счастье тянется рекой,
В ее мечтах ты – непревзойденный герой.
Ее натура знает: женщинам нужно быть сильней
В наш век, но ее нутро просит быть слабей,
Ведь только за такой, слабой принцессой,
Преодолевая тучи чудищ, придет ее герой.
И ей бы, наконец, перестать в сказки верить,
Но не в силах душа перестать рыцаря лелеять,
Его стан, мужество, ум и фигуру,
Его невероятно чуткую и смелую натуру.
Последние буквы пишутся на грязный лист,
А за окном послышался знакомый свист,
И вот она, взяв в руки всю свою волю,
Шагает по белому снегу к своему герою.
И нет иного пути назад,
Я это, поверь, знаю сам,
Поверил слепо голубым глазам,
Поверил бездумно этим чудесам,
А за ними колющая боль,
Рисуется под чужую роль.
Окажи мелкую услугу столь,
Лишь забыть тебя позволь,
Ведь для тебя я – полный ноль,
Ты больше не ищешь в лицах меня,
И я вновь перестаю искать тебя,
Надоело верить, что эта судьба,
Из-под носа и рук от меня ушла.
Не верю я, что встретимся вновь,
Засверкает в глазах искренняя любовь,
И к лицу прильет горячая кровь,
И растопит твой остужающий лед.
Пишутся стихи из-за твоего появления,
Меня вовсе не тянет к телу вожделение,
Ты просто стала моим вдохновением,
И появление твое – мое смирение.
Я перестал бы писать, стихи сочинять,
Но никак не могу из головы тебя убрать,
Твоя улыбка, твои глаза, твоя стать,
Ты могла любого собою покорять.
Но покорила меня, и в муках остался я,
Не могу никак позабыть я тебя.
Не в силах снова тебя умолять,
Прошу, не переставай меня искать,
Я здесь, твой образ пробую обнять,
Маленькие плечи к груди прижать,
Алые губы трепетно поцеловать,
Ты найди, и я клянусь не отпускать…
День подходит к концу – пришло одиночество,
Глаза примкнули к кольцу – и говорить не хочется,
Сколько прошло лет, сколько потрачено время,
Сколько длился наш обет – это было тяжелое бремя.
И не важно почему все так произошло – это факт,
Вселенная дала нам знак, а мы заключили пакт:
«И в счастье и в горести, и в любви и в ненависти,
И в богатстве, и в бедности,
Не избежать нам этой тленности».
И все мы это проходили – по кругу иногда шли,
И слезы горя уходили, и вместе дела быстрее шли,
Но жизнь не вечна, она-таки имеет свой конец,
Она уходит скоротечно, унося судьбы и жизни венец.
А помнишь, нашу первую юную встречу,
Кафе «Верниж» – это был прекрасный вечер,
Галстук черный, костюм весь сшит с иголки,
Своим принципам был верный, а теперь что толку?
Я не хотела говорить, да лучше бы молчала,
Но мне не забыть твою улыбку и глаза величавые.
Мне семьдесят два, тебе, кажется, чуть больше,
Да вот пока жива, а тебя я не увижу больше,
И от этого больнее всего – смотреть на твое тело,
Боже, мне не нужно ничего, но я бы оживить его хотела.
Как одиноко просыпаться одной – в кровати необъятно большой,
Все мысли связаны тобой, я чувствую себя навек отреченной,
Отречены чувства, боль, обида – этого больше не случится,
Ощущения, будто я всем миром убита, ко мне никто не достучится.
Читать дальше