Дмитрий Рутор - Поцелуй по стеклу

Из витрины смотрит на меня

Грустный человек с потухшим взглядом.

Стол придвинутый к окну,

С полинявшей скатертью.

Я ведь ждал её одну,

Заходи, не заперто…

Но пришла ко мне, увы,

Не она… Другая

С терпким запахом травы,

Здрасте… Я вас знаю?

Под одеждой у тебя

Синяки от пальцев.

Не бывает не любя,

У пиздострадальцев…

Только для иных любить,

Как просить на паперти.

Надо ж было стол накрыть,

Полинявшей скатертью…

Ведомый жаждой всё забыть,

Я словно шлейф за пароходом.

Сквозь звезд неоновую прыть,

Плыву, разбрызгивая воду…

В ней отражения миров,

Хрустальных капель микрокосмос.

Лишь небо знает силу слов…

Кричи в него, пока не поздно…

Сегодня вера в чудеса

Давно забытое искусство.

И теплый свет в твоих глазах,

Как нож мои кромсает чувства…

Тебе неведомо оно,

Пускай, так будет всем спокойно…

Ты – черно‑белое кино.

Смотрю: и мне почти не больно.

Понятно все… И диск луны

Дрожит, как дева перед случкой…

И в царство водной глубины,

Я, уходя, машу Вам ручкой…

А я стоял совсем один

В конце пустой аллеи,

Туман густой, почти как дым,

И листья пламенеют…

Они окрасились как кровь, чтоб обернуться в прах,

Затем, чтобы весною вновь возникнуть на ветвях…

Смотрите, в серой вышине как двести лет назад,

Как в детском безмятежном сне,

Мне журавли кричат…

Они чисты. И потому нас не возьмут с собой,

Погрязших в море суеты,

Убитых суетой…

Человеку положен свет,

И тепло для замерзших рук.

Как подарок, ведь он Человек,

А не просто одно из двух.

Человеку отмерен век,

На вопросы ответ чтоб найти…

Возвратиться к истоку рек,

И дорогу свою пройти…

Если все‑таки он Человек,

А не просто одно из двух,

Не забыть его людям вовек,

Будет в памяти жить его дух.

Воспоет его в песне поэт,

И откликнутся чьи‑то сердца.

Тьма отступит и юный рассвет,

Нежной дланью коснется лица.

Относись всегда с душою,

К людям… Было так от века.

Доброта – она покроет

Все пороки человека…

Не завидуй, сжавши челюсть

Тем, чья жизнь кипит ключом.

Добрым быть. Какая прелесть!

Добрый Господом прощён.

Ты не слушай тех, кто учат

Жизни, вопреки добру.

Доброта намного лучше,

Я тебе ее дарю…

Человек рожден быть добрым,

Эх, чего там говорить…

Эта истина бесспорна –

Добрый – значит, будешь жить!

Я проснулся утром ранним.

В час, когда весь город спит…

«Что же ты такой печальный?» –

Голос в сердце говорит…

Тихий, еле уловимый,

Словно легкий ветерок.

Тот, что гнет рукой незримой,

В поле тонкий колосок.

Этот голос в знойный полдень,

Как глоток воды живой…

Он шумит как в море волны,

В кронах шелестит листвой.

Никогда не покидает,

Не дает сорваться вниз.

Всякий раз напоминает:

«Не печалься, это жизнь».

За моим окном,

Зарево заката.

Я не виноват,

Ты не виновата…

Не попросишь роз,

В них не видя толку.

Сердце на мороз,

А любовь на полку.

Пусть лежит она

В книге, как гербарий.

Тут почти весна,

Охуеть, я старый…

Скажешь к сорока.

Начинают снова?

Новая жена,

Взгляд на блядство новый?

Довод приведёшь,

И примеров кучу…

Скажешь: «Ты начнёшь

Жить сытней и лучше».

Слушая гляжу,

Как пылает небо.

Я не вывожу,

Я иду за хлебом…

Ты кричишь: «Куда?

Ведь остынет ужин».

Первая звезда

Отразится в луже.

Я словно тот больной, что не хотел лечиться,

Смотрю уставшими глазами на восток.

Обрывки памяти, расплывчивые лица,

И дверь закрыта, и заклинило замок.

Мне не войти туда, как сильно б не хотелось,

Фантомы прошлого едва ли греют кровь.

Березка стройная уже почти разделась,

Стыдливо клÓнится от ветра вновь и вновь.

Да, так бывает у людей, под небом этим,

Глаза слепые беспокойно ищут свет…

Творец своей судьбы, рожденный в сером гетто,

А попытается ли он найти ответ?

А обратит ли он внимание на знаки?

Вот мне сегодня лист влетел в окно.

Кружится осень в обветшалом драном платье,

Немая проза, черно‑желтого кино…

Странно так раскладывает жизнь,

В сердце шелест листьев прошлогодних.

У тебя душа как белый лист:

«Я приду, но только не сегодня».

И идя как будто вдоль стены,