А мы?
Мечены мглистыми
бродами,
Даром роднились
зародами
В травах осенних.
Кто ныне отсеян горстями -
Запекся перстнями
в сургуч.
От гривы былой
Серебрится ветрами высолонь.
Щетинится пашня пырьём
Печи сугробятся вызолом.
Прости меня смуглой рукой -
Открестит мне спину другая
Кто нас с тобой отругает -
Смирится лицо открой...
Молитвы тягучие вслед одиноким.
Тревога обостряет заботу


Тревога обостряет заботу;
Надежда ведет перо
В молоко бересты.
Ни земли, ни неба -
Скользить мятежно приходится
Меж лезвий темных.
Края изломаны рукавами,
Порезы дымятся.
Поздно тепло возвращать
Робкой рукой;
Темнеет окно за рекой -
Тебя там не ждут.
Ужин кончается детской обидой
Прежде прихода гостей.
Крылья чужих затей
Оказались слабы -
В перья рассыпались.
Запах тропы
Торопит разбег.
Не время менять имена;
Повод -
Вынуть начало
Из бронзовых ножен.
Лодка причалит
В каменный берег.
Ты может быть веришь
В зерна озимых
И всходы прячешь тревожно
От глаз осторожных.
Это тайна твоя -
За тебя я спокоен.
Но иногда
Дрожат мои губы,
И пальцы хладеют;
А брови щетинятся к бою,
Когда не иззубрены были.
Вчерашнее признание мое

Вчерашнее признание мое
Заставило дрожать твой голос.
А может, просто показалось?
Мокрая челка липнет ко лбу -
Я раскаиваюсь.
Опять взмутил спокойную реку;
Когда-нибудь отплатится сторицей
Упрямство пылкое.

Черный платок с колокольцами

Черный платок с колокольцами
Прячет горло усталое за день.
В наговорах лихих сгину корчею,
Грозно бивень нацелится сзади.
Виноватых молва не вспомнит;
Праздник детский бедой обернется, -
Пропадать ненасытной бойней,
Разорить вековые гнезда.
Вспомню молнией путь поленницей
Вязью верстаный, пухом крещеный.
Как берег тебя вольной пленницей,
Не прощался плесть тропы лешие.
Возвращался пить берег талый:
Но от жарких губ одевалась льдом
Рябь реки - мне цыганка гадала,
Когда брали Псков золоченым ртом.
Все силки-узлы, милый, свечены -
До поры прищур злой схоронен;
Уходить без сна, изувеченным,
Уронить лицо темным склоном.
А когда назад белым облаком
Занесет узнать руки прежние,
Та ладонь, что в гон была теплая,
Не согреет вновь - тоньше лезвия
Оказались кольца небесные, -
В одночасье лопнули песнями.
И блестит теперь переносицей
По ночам искрень звездным инеем.
Да в морозных далеких степях,
Где мужают крыла орлиные,
Плетью венчанный, голос носится, -
Поминает рассветом тебя.

Спину прикрыл Хабаровск

Спину прикрыл Хабаровск,
Горло трубило Даурией.
Памятью Индии - похмельной Русью
Кудлатим дыхание.
Что выпадет нам в ладони?
Кто пустит стрелу?
Кто возвестит начало нового дня?

Горячей ложкой прижигаю губы

Горячей ложкой прижигаю губы;
На миг замирает дыхание.
Сырое зеленое поле Минска
Спровадило восвояси.
Мы счастливы тем,
Что живем - где пришлось.
Ладонью хватаем запястье -
Упругие ловим толчки;
Сомневаемся в прожитом.
А седой толкователь,
Ноги сухие поджав,
Щурится детям устало
И сполохи сна излагает;
Лишь дым заплетается в кольца...
Эй, духоборцы!
Ведать - не знали,
Знали - не ведали!
А кто виноват?
Поросшие мхом белорусские крыши
Сквозь серую пряжу дня
Пережитым алели.
Ступени дряхлой часовни
Читать дальше