Тания Лагута - Я права

Откроют, заглянут, взойдут,
потопчутся у порога…
А ты? Ты навеки тут!
Не ручка, не дверь, дорога!

Дорога! Дорога.
Дорога… в Бейрут.

Я не чаю в тебе души
Так отчаянно, так отчаянно,
Как в столицу хотят из глуши,
Оказавшись в глуши нечаянно.

Я молчу, не скажу, что хочу
На всю жизнь, а не до угла.
И отчаяньем заплачу
Да таким, что бывает у рва

У могильного на краю.
Я отчаянно, я отчаянно
За любовь свою постою,
А иначе душа неприкаянна.

Не молчи же ты и скажи:
На всю жизнь или до угла?
Край у рва голову кружит…
Разве хочешь, чтоб я пошла?

Ты потом будешь сам отчаянно
Сожалеть, так будешь об этом!
За стихи прости, я нечаянно,
От любви, верно, стала поэтом.

Меня ненавидят, и как!
Такого я не ждала.
Могли бы, и гвозди в руках.
Могли бы, и я в кандалах.

Могли бы, прибили к кресту,
На дыбу, потом на костер.
Могли бы… Подобно Христу,
Конец мой вряд ли б простер

Окрест здесь печаль и жалость,
Такую любовь и веру…
Но если бы так всё сталось,
Забыв про покой и меру,

Душа, захлебнувшись нежностью
К гонителям и суду,
С особой такой прилежностью
Терпела бы эту беду.

Кто я? Уж завтра пылью,
И только, стану.
Мне чашу в руки,
Я в Лету вылью.
Не жаль, что кану.

Кто я? Несчастья опыт
И счастья берег.
Чего же больше?
Молитвы шепот
Заглушит Терек.

Кто я? Стихи, стихии
Мои знакомцы.
Для вас чужая.
Вы вслед смотрели
Мне из оконца.

Кто я? Когда, став пылью,
Взметнусь по свету,
Слез ваших солью,
Дорожкой узкой,
Приду к ответу.

Я не люблю тебя! Спалило солнце
Мою любовь, как скошенные травы.
Я не люблю тебя! Ты видишь донце?
А кубок этот полон был отравы.

Я не люблю тебя! Твой кубок допила.
Тебя же за него благодарила.
К тебе любовью до сих пор жила,
Но каждая её яд помнит жила.

Я не люблю тебя! Как смерть косой
Любви моей ты выкосил поляну.
На травы колкие ступал ногой босой,
И не проси, я, с жалостью, не гляну.

Я не люблю тебя! Безрадостно
похмелье.
Из трав любви моей другим готовь же
зелье.

Поэт огромную планету эту,
Как малое дитя, возьмет на руки.
Поэт все ваши слезы и страдания
В слова оденет и обует в звуки.

Ему запретов нет, пределов и острогов!
Он в бездну зла на миг слетит, как птица,
И тотчас ввысь, в любовь, чтобы восторгом
И счастьем осветились ваши лица!

Какая сладкая тюрьма
любви печальной безответность.
Вот вереницею дома,
и дуб стоит и стонут ветры.

И в каждом доме есть порог.
Я по ступеням тем ходила.
И в каждом сердце есть зарок.
Я знаю, я таких любила.

Какая сладкая тюрьма!
Как чувства наши безответны.
Но дуб стоит! И стонут ветры!
И скоро кончится зима!

Бьет по листьям дождик,
Бьет, как в барабан.
Наряжу дочурку
В новый сарафан.

В нашем доме чисто
Вымыты полы,
Он сегодня лучшие
Будет видеть сны.

Домик, чисто убранный,
Как довольный кот,
На дорожки пестрые
Положил живот.

И, от удовольствия
Чистоты, мурчит.
Это только кажется,
Что он всё молчит.

Под дождем промокли мы,
Побежим к крыльцу.
Сарафанчик новенький
Доченьке к лицу.

В доме нашем стареньком
Сухо и тепло…
Это всё и значило —
В жизни ПОВЕЗЛО!

Не родятся стихи в пустоте,
В стылой скуке, в постылой лени.
Они явятся там, где колени
Подогнутся. И вы — со — те
Себя вверит с восторгом душа.
И стоять будешь, чуть дыша,
Внемля рокоту, ропоту, трели
Подступающих слов и мыслей.
Кожей чувствуя, что созрели
Твои чувства для тысячи жизней.
Вот стихи из событий дня,
И стихи из восторгов ночи
Родились. Сил не станет, тая
Их прожить, и не ждать стихов прочих.

Я без черного дна.
Всё бы о непреложном
Говорить. Я одна
В шепоте осторожном

Слышу истины глас,
Предсказание сути.
Это, верно, о нас
кто-то, вправду, могучий