marina k - Нет у Бога слёз для нас

Я ничё не говорю в последне время,
всё молчу, не тянет на разбор,
да пошли вы все к едрене фене..
кто-то снова меня ночью стёр…

Я молчу.. а враг.. ведь он не дремлет,
нагло фарисействует.. тудыш…
я ему по самый вглаз печенья
натолкаю и на браво, и на бис…

Вот опять – ко мне не те приходят,
я и сам – блуждаю по не тем…
мне б сидеть у мамкиной утробе,
не искать от лабиринтов схем.

Вот вражина! – из воды сухою вышла!
и монокль лишь запотел слегка…
и закон развернут словно дышло,
пальчиком грозит мне свысока..

Ну, вражина ж, я ж тебя помечу
красной меткой, означающей кирдык..
вот сейчас.. расправлю только плечи —
береги свой праздничный парик!

Нее.. чево-то лень вести расправу..
ладно, пусть немножко поживёт…
для врага я сам как есть отрава..
обними ж меня, любимый кот…

Чёта не ко мне они приходят,
те, с которыми так яростно дружил…
напишу-ка я на них пародий
и напомню, что курилка еще жив.

оставляю одни многоточия…
недосказанных слов, недоплаканных слёз,
не удержит меня связь порочная,
с колеи не уйду под откос…
уничтожу все письма и прочее…

возвращаюсь в обыденность нормою,
отрекая вселенский позор и укор,
незаметно взращусь травой сорною,
незаметно убью дерзкий взор…
ты не будешь мне мстить местью кровною…

кружат чёрные птицы над кладбищем…
здесь вчера еще смерти назло наша жизнь
отрицала уродливость форм и схем,
перепутанность правды и лжи…
мы довольны кончиной несносных тем…

как же мне не понять – мы отшельники…
одиночные кельи не впустят грехи…
от излишних эмоций есть тренинги,
волновать нам сердца не с руки…
я остался один.. и не временно…

я путаюсь в дорогах этих —
одна суровее другой,
за каждый шаг мы здесь в ответе,
и нет минуты на простой.

часы бегут, часы считают —
секунды, месяцы, года —
мы будто бы не замечаем,
и вот – последняя черта.

жизнь полетит в таком же темпе,
я отдохну, пускай хоть Там,
перешагну пороги смерти,
а всё что здесь, оставлю вам.

«не жалею, не зову, не плачу»…
так однажды говорил поэт…
отпускаю.. и не надо сдачи…
я забуду нежный силуэт…

и сотру из памяти минуты
бытия, где жизнь еще сладка,
где вдвоем.. беспечны и без сути..
лето.. и барашки-облака..

буду другом.. нет.. уже не буду..
ты – во власти новых перемен,
я – уже нашел себе подругу,
общий мир наш оказался тлен…

«не зову, не плачу.. не жалею»…
ты другая.. я совсем другой…
постоянен лишь закат, алея, —
память возвращает вновь и вновь…

отпусти! – молю глазами небо..
не моя судьба, и я не твой,
перемалывает жизни зебра
веру и надежду, и любовь…

Переписанный заново начисто
я шагну в после-послевремЕние,
позавидуют новому качеству,
отстающие современники.

Через четные «если» шагаючи,
отбелив небеса нежной снежностью,
и с фатальностью разыграв очки,
новизною напьюсь до безбрежности.

Море, как ты… серо…
буйствует, рвёт, стонет…
я не такой смелый…
парус к воде клонит…

липкий смурной запах
мне теперь век помнить,
переборю страхи
этих пустых комнат.

твердой рукой вену
буду держать, плача,
вот и хирург в белом,
мы поживем, значит…

позже уйдем в небыль..
манит за грань сила
нет там чудес неги!…
всё ведь у нас было!…

нервы в кулак.. нервы…
нет у Души кожи…
ты был всегда первым…
Первый за грань тоже…

Я однажды рано утром встану,
похудевшее лицо своё увижу,
за окошком, как ни странно,
солнце разгляжу.. и облако пониже…
Вспомню о тебе —
дыханье ровно, вольно…
и не будет мне холодно и больно…

Этот мир Так устроен – никак не иначе —
если не твой ребенок заплачет,
ты сожалеешь, но в тайне от всех размышляя,
о жизни, о судьбах, об аде, о призрачном рае,
скажешь – Спасибо, Господь, что не мой —
и быстрей заспешишь домой.