Слово за словом, строка за строкой, день за днём,
Рифмой играя, мне даришь кусочек рассвета,
Алого, жаркого, как земляничное лето,
Нежно упав на ресницы пушистым лучом.
И ручейком ледяным, в этот пламенный зной,
В сердце июня, меня освежаешь идеей —
Быть озарённой твоим воздыханием Феей,
Стать для тебя самой ласковой тёплой Весной.
Рифма течет по моим паутинковым снам,
Благославляя меня переливами скрипки,
И, безмятежная, в утренней неге, улыбка,
Тенью скользнет по, слегка ещё, сонным губам.
Мне нравится быть счастливой
Жизнь бывает немного тосклива,
Безнадёжна, ненастна, жестока.
Жизнь бывает глупа. Вот только,
Мне так хочется быть счастливой.
Но, в панельных объятьях квартиры,
Безысходность вкрывает мне вены.
Я могу быть до слёз откровенной,
Будто душу из тела вынуть.
И её разменяв на взаимность,
С кем-то добрым и очень тёплым,
Перестать быть постыдно-свободной,
Только жизненно-необходимой.
Хоть и кажется жизнь тоскливой,
Будто осенью дождь моросящий,
Мне так хочется быть настоящей!
Мне так нравится быть счастливой!
Удивляло меня не однажды —
Неужели, так могут люди!
Неужели, так могут люди —
Словно свечи, в ночи догореть…
А потом – нестерпимая жажда —
Их нехватка ломает кости!
Их нехватка ломает кости,
Эту боль невозможно терпеть.
От предательства ноет под сердцем,
Неужели, ненужной стала?
Неужели, ненужным стало,
Человеку, родное крыло…
Будто в горло насыпали перца.
И кричать бы, но хриплый голос…
Мне кричать бы, да хриплый голос,
Как разбитое камнем стекло.
И калечит минутами время,
Так медлительно стрелки вправо…
Как стремительно стрелки вправо!
Не могу научиться жить.
Так бывает, однажды, со всеми…
Так умеют, наверно, люди..
Так, конечно, умеют люди!
Навсегда… Насовсем…
Уходить.
Я выйду на конечной остановке,
И волосы растреплет пьяный ветер.
Пойду одна. Одна – за всё в ответе.
Одна – на перекрёстке двух разлук.
Казалось бы, расчётлива, чертовка,
Да только, вот проблема – не владею
Искусством постановки чётких целей,
И знанием практических наук.
Одна, на перекрёстке двух историй,
Споткнусь о камень горьких сожалений.
Я захлебнусь от грусти поражений,
И упаду, разбив коленки в кровь.
Казалось бы, я ангельски спокойна,
Да только, свыше, – это не заметят.
Мне волосы, хмельной, растреплет ветер,
И в клочья разорвёт мою любовь.
Мой маленький каприз, моя любовь,
Ты где-то есть – за тысячами дней,
За миллионами негаснущих огней,
За горькой неизбежностью ветров.
Закрыв на миг глаза, я утону
В безбрежности твоих зеленых глаз,
И помолюсь, кому-нибудь, о нас,
А может быть, нечаянно всплакну.
Моя любовь, мой странник сентября,
В реальности моей сбываться явью
Я не прошу тебя, и не лукавлю —
Я Девочка… Я Грусть… Твоя…
А знаешь, мне опять без тебя не спится…
До истерики маюсь в густом киселе ночей.
Я читала стихи, я пыталась дождём напиться,
Беспощадно сожгла полвагона церковных свечей.
А знаешь, я почти никогда не плачу…
До безумия хочется просто рыдать навзрыд.
Я колола вязальными спицами тонкие пальцы,
Мелодрамы смотрела, усердно учила санскрит.
А знаешь, у меня не звонит будильник…
До психоза доводит, под утро, жестокий рассвет.
Я за шторами пряталась, я выключала светильник,
И спокойно смотрела на твой, молчаливый, портрет.
А знаешь, обо мне ведь никто ничего не знает…
До бестактности, душу свою – на замок от всех.
Только если, однажды, тебя в этом мире не станет,
Этот мир не узнает, каков был последний мой грех.
Так странно… Так волнующе… Так близко…
И, в то же время, очень далеко…
Я перечитываю нашу переписку,
А на душе – и грустно, и светло.
А знаешь, не бывает расстояний,
Они у нас в тоскующем уме,
Как будто, снизу вверх, карандашами
Расчерчены, на глянцевой стене.
И всё, что не сбылось, совсем не важно.
Скучать, не зная – очень странно мне.
А не скучать, быть может, даже страшно,
О, как приятно думать о тебе!
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу