Где ирисных полян
Что выплеснутых красок! —
А ветер тих и ласков,
И влажный воздух прян.
Там, по сырой траве,
Среди купальниц желтых
Ступая, как по шелку,
Растаем в синеве…
Звезды стучатся в окна, спрашивают о ночлеге:
«Можно ль становиться в доме твоем, скажи?
Долго плутали по небу на разбитой телеге,
Лошади утомились, стали у Млечной межи…»
Я отворю окошко, тихо скажу: «Входите,
Есть в кувшине водица, светел огонь в печи.
Что там, в высоком небе, поведайте-расскажите —
Текут ли быстрые реки, студеные бьют ключи?»
Черноокие звезды пестрые юбки раскинут,
Молвят мне: «В небе ясном реки текут без дна…
Не напьешься…» И смолкнут, кутая гибкие спины
В длинные белые шали из ветхого полотна.
А поутру, как солнце выкрасит в киноварь небо,
Звезды умоют лица после недолгого сна
И тронутся в путь. Лишь только скрипнет прощально телега,
Да ветер тронет гриву рыжего скакуна.
«Пунцовый свет касается стены…»
Пунцовый свет касается стены
И ускользает.
Сегодня ночью снова снились сны,
Где я летаю.
Там теплый ветер трогал мне плечо,
Струился шелком,
Когда звенел полуночный сверчок
В дверной защелке.
И сон, в котором я с тобой жила,
Был бесконечен.
И дом, в котором мирно так спала,
Казался вечным.
Шуршал и плакал тополь за окном
Сухой листвою.
Сна моего зеркальный водоем
Дышал покоем.
И только голубые мотыльки,
Кружа меж нами,
Едва касались крыльями руки,
Как будто пламя.
В каких еще мирах с тобой проснусь
В рассветной рани?
Прольется теплый дождь – зерно к зерну —
И день настанет.
Колыбельные ветреной ночи
***
В эту ветреную ночь, Боже, я видела тебя совсем близко.
Ты был огромным деревом, и я смотрела на Тебя так, как смотрят маленькие дети, когда видят что-то в первый раз.
Дерево было старое, его ветви поднимались высоко к черному небу.
В серовато-серебряной сети, мятущейся от ветра, запутались две звезды.
Тончайшая игра легких теней и слабого света фонаря на мокром асфальте…
Боже, Ты был белым тополем – я узнала Тебя.
Я узнала бы Тебя, даже если бы Ты был малою каплей дождя на темной ткани моего весеннего пальто.
Я услышала бы Тебя, если бы Ты был тихим шепотом ветра у моего изголовья.
Я ощутила бы Тебя в предрассветном молчании трав, в горьком дыхании умирающего костра…
Потому что я дитя Твое, Боже.
***
Я стою под Деревом – Древом Жизни и глотаю ветер.
Я пью большими глотками черноту неба, свежесть упругого воздуха.
Две звезды, заблудившись в гуще ветвей, тихо плачут – не могут встретиться.
Ковш Большой Медведицы висит высоко, изогнутая ручка наклонилась к земле.
Ковш медленно переворачивается – и свет Луны, набирающей силу, выплескивается на землю.
Древо Жизни – лестница в небо.
***
Райское Древо у источника воды живой.
Пейте, кто хочет – хватит на всех.
Рай распахнут в синь и золото.
Рай открыт всем – только протяни руку, тронь резные врата – и они откроются.
Там, в Раю, солнце не заходит, трава вечно зелена, вода чиста, прозрачна и сладка на вкус. Там шерсть у животных шелковиста и мягка.
Ляг в тени Древа – сны слетятся к тебе стайками мотыльков.
Дорога дальняя, путь неблизкий – прошлое твое уплывает, словно корабль, отходящий от причала. Все дальше и дальше…
Спи, твой сон будут охранять серафимы и херувимы, ангелы и архангелы.
И Он, Он поцелует тебя перед сном. Спи же.
И помни – Ты – Дома.
«За час до полуночи, метельной мартовской ночью я встретила Тебя, Боже…»
За час до полуночи, метельной мартовской ночью я встретила Тебя, Боже.
За час до полуночи.
За час до полуночи деревья пропели мне ветровые песни свои.
За час до полуночи.
За час до полуночи стремленье двух звезд друг к другу стало невыносимым.
За час до полуночи.
За час до полуночи мой Кот несколько раз обошел Древо Рая, звонко мурлыча.
За час до полуночи.
За час до полуночи тонко запахло фиалкой, и я ощутила ладонями мглу ледяного стекла.
За час до полуночи.
За час до полуночи ароматный пар от свежезаваренного чая поднялся к небу…
За час до полуночи.
Я пью этот чай с луной пополам, а ночь глубока чрезвычайно,
И неизъяснима ее глубина.
За час до полуночи…
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу