каждый день на закате, глядишь, потерял!
каждый день на рассвете опять не нашел!
тяжело жить с потерей и крест наш тяжел!
все равно ты солдат или ты генерал…
определиться не могу,
ты для меня маяк ли, путы,
тяжелый путь во время смуты
иль подчиненье батогу?
что красота, как шоры глаз,
закрывшие все горизонты,
и, как улыбка у Джоконды,
скрывает вид земли от нас?
чем забираешь волю ты,
парализуя ежечасно
и делая на все согласным
с высот единой правоты?
как не сломившись разобрать,
в чем притяжение хмельное?
вдруг это просто паранойя,
желанье жить, не умирать?
стремление служить тебе
неужто – это искушенье,
рассудка здравого лишенье
и жертва рабская судьбе?
в безумьи вникнуть не дано,
что ты молитва о спасенье
или распутный день весенний
на преискусснейшем панно?
кому молиться, чтоб понять,
кем ты ниспослана на Землю?
и для чего тебя приемлю
обожествлять иль изгонять?
«ночь долгая, как видно без конца…»
ночь долгая, как видно без конца.
дворы пустые – темень и молчанье.
лишь где-то снизу тихое журчанье,
мурлыканье безвестного певца…
в такую темень страшно выходить.
начнешь блудить, себя же потеряешь!
коль нет пути – куда идти не знаешь,
да коль и знаешь – лучше не ходить!
и ни звезды, потухший небосвод,
как будто крепом небеса укрыли…
иль накануне чистили от пыли
и все отмыли над землей и под…
но, коль мы вместе, то любая мгла,
как яркий день, как солнечное утро!
мысль о тебе магичней перламутра
хранила, защищала, берегла!
«вчера текло, неслись потоки…»
вчера текло, неслись потоки…
капель, как вражий пулемет,
в упор лупила. водостоки
ей вторили и били влет…
так целый день… бои и драки,
победы, бегства, снова бой…
с утра сошлися в полумраке
и к ночи разошлись гурьбой…
но вот сегодня все спокойно.
снежок, морозец, тишина…
повсюду мир, затихли войны,
спит изможденная страна…
уж что там давеча делили,
едва кто сможет разъяснить…
ну, что ж, бойцов похоронили
и новых нужно нам плодить…
и вновь накапливают силы,
и ждут викторию, успех!..
а на кустах синицы мило
сидят, высмеивают всех…
«февраль, чернил вполне хватает…»
февраль, чернил вполне хватает,
а слезы лишние сейчас:
весь мир вокруг течет и тает,
повсюду, сколько видит глаз.
день сумрачный похож на вечер,
зато дорожка, как река,
а вдоль дорожки, словно свечи,
последних тополей рога.
фантазиям вполне привольно…
в уме рождаю новый мир,
плыву рекой, путем окольным,
взяв лунный серп, как сувенир,
сквозь дом жилой, сквозь чью-то радость,
сквозь чьи-то слезы напролом,
сквозь горечь слов и чувства сладость,
сквозь боли тишь, сквозь счастья гром!
бежать, наращивая скорость,
от чувств фантомных и чужих,
нестись, уже с тобою порознь,
из вод речных до волн морских…
и, выскочив на вала крону,
взъершив вздыблённую волну,
вдруг враз разбиться на микроны
о стихотворную скалу!..
февраль, чернила, чашка кофе,
конфет с десяток ассорти…
к листу бумаги как к голгофе
идешь, не в силах не идти…
в дальний край, в село Грязищи
уезжаю за судьбой,
через Щелково в Мытищи,
ну, а дальше по прямой!..
через поле со стожками,
через редкий чахлый лес,
где туристы с рюкзачками,
где туманы до небес…
эти древние Грязищи
с незапамятных времен —
деревянные домища,
да сараи у гумен…
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу