То остается верить в рай небесный.
Я был когда-то канцлером, и вроде
Тебя людишки там толклись при входе.
Для короля и для страны немало
Свершил я средь всеобщего развала.
Неужто ж мне, орлу из облаков,
Спуститься к вам, стать волком меж волков?
Молчите, ваше низкоблагородье.
Владыка не изменник королю.
Искуситель
Все, все, я больше не толкусь при входе.
Полгода как-нибудь перетерплю,
А там король воздаст тебе сторицей.
Томас
Разрушить дом, тобою возведенный,
Есть проявленье мощи обреченной.
Пусть такова была судьба Самсона,
Но если рушить - рушить одному.
Входит четвертый искуситель.
Четвертый искуситель
Ты, Томас, тверд, как добрая кольчуга.
Но, всех прогнав, во мне обрящешь друга.
Томас
Кто ты?
Я ждал троих, не четверых.
Искуситель
Ну, где найдется место для троих...
Когда б ты ждал, я был бы здесь заранее.
Но я опережаю ожидания.
Томас
Так кто ж ты?
Искуситель
Коль незнаком я, имя ни к чему,
А коль известен - прибыл потому.
Знаком тебе я, правда, не в лицо.
Все не судьба, но вот, в конце концов...
Томас
Скажи, зачем пришел.
Искуситель
Не премину.
На прошлое не клюнул, на блесну,
О будущем подумай. Короля
Настоянная ненависть гнетет.
Того, кто другом был и стал врагом,
Он никогда в друзья не возвернет.
Старайся услужить ему, спеши
Вручить все, чем владеешь, - он возьмет.
Он оберет до нитки власть твою,
Ловушечный приберегая ход
В ответ. Что до баронов, зависть их
Выносливей, чем королевский гнев.
Ему давай страну, им - барыши,
Не терпят на дух вражеский доход.
Бароны хороши против баронов,
Но не они порушат короля.
Томас
И твой совет?
Искуситель
Иди всегда вперед.
Все прочие заказаны пути,
Кроме того, что избран, - и давно.
Да и к чему тебе мирская власть
Хоть короля, хоть канцлера, - интриги
И козни, суета поддельных дел,
В сравненье с истинной, духовной мощью!
Греховен человек с времен Адама,
И лишь тебе дан ключ вселенской драмы:
Власть - повязать иль отпустить; вяжи
Своею властью власть других упрямо.
Король, барон, епископ, вновь король,
Расплывчатая мощь рассыпавшихся армий,
Война; чума; восстанье; череда
Измен и столь же низменных союзов;
То снизу вверх, то сверху вниз - все вмиг,
Вот властолюбья истинный язык.
Старый король, жуя беззубым ртом,
В свой смертный час подумает о том
Ни сына, ни империи. Ты, Томас,
Нить смерти вьешь, нить вечности. Свята
Власть эта, коль удержишь.
Томас
Власть святая?
Верховная?
Искуситель
Почти.
Томас
Не понимаю.
Искуситель
Не мне оттенок этот уточнять.
Я говорю лишь то, что сам ты должен знать.
Томас
Надолго ли?
Искуситель
Не спрашивай о том, что знаешь сам.
Подумай, Томас, о посмертной славе.
Король умрет, придет другой король
И все переиначит королевство.
Король забыт людьми, едва почил,
Лишь мученики правят из могил;
Мучители стыдятся и бегут
Расплаты, ибо Время правит суд.
Подумай о паломниках, рядами
Простертых ниц пред скромными камнями,
Подумай о коленопреклоненье,
Живом из поколенья в поколенье,
О чудесах Господних поразмысли
И стан своих завистников исчисли.
Томас
Об этом размышлял я.
Искуситель
Вот поэтому
Всевластен разум, коль явился свет ему.
Ты ведь уже размышлял - и во время молений,
И на крутом подъеме дворцовых ступеней,
И между сном и бодрствованием, в ранний час,
Пока птички пели, ты размышлял обо всем
без прикрас.
Ведь ничто не вечно - один оборот колеса,
И гнездо разграблено - ни яйца, ни птенца;
В амбарах ни зернышка, цвет злата потух,
Драгоценности рассверкались на груди у шлюх,
Святилище взломано, и накопленное веками
Растащено девками и временщиками.
Нет, чуда не будет, - твои апостолы
Вмиг позабудут твои эпистолы;
Потом только хуже: станет лень им
Славить тебя иль сводить к преступленьям
Жизнь твою, - и только историк неугомонный
Скрупулезно перечислит твои изъяны
И, приведя фактических доказательств великое
множество,
Заявит: все просто. Нами в очередной раз правило
ничтожество.
Томас
Но если нет достойного венца,
За что тогда сражаться до конца?
Искуситель
Вот-вот, и это нужно взять в расчет.
Святые - кто сравнится славой с ними,
Обставшими навеки Божий трон?
Читать дальше