ЕВГЕНИЙ ВИТ - ТОСКА ШЕСТИСТРУННАЯ.

Не верю я в церковные причуды,
И в то, что злу кипеть потом в смоле.
Куда ни глянь – кругом одни Иуды
Поразбрелись по грешнице-Земле.

А может ты и есть на самом деле?
Но от обиды на людей всегда молчишь?
И где-то в небесах в своей постели
Ты слёзы утираешь и грустишь…

«Белолуцком» заправляет
Бестолковый капитан.
Много что наобещает,
А потом откажет вам.

Наш старпом Буторин
Капитаном будет –
С «Белолуцка» вскоре
Разбегутся люди.

Я тащусь над пароходом
Как меняет он людей –
Может сделать вас уродом,
Или даже пострашней.

Шторм на море веселится,
Все суда спешат укрыться.
«Белолуцк» же, чуть живой,
Тащит, сука, ярус свой.

Гена, третий штурманец,
Намотал на винт конец.
Водолазам мы не рады –
Обдерут, как липку, гады.

Мы треску отважно шкерим,
А заплатят – не поверим.
Наловили трески кучи,
Только фиг мы что получим.

Только долларами держит
«Белолуцк» свой экипаж.
А как доллары подрежут,
Засверкают пятки аж.

Я на вахту встаю рано,
А на вахте столько дел.
Дать бы в морду капитану,
Чтобы меньше дребездел.

А в каюте, вот беда,
Льётся с потолка вода.
Нелегко живётся мне –
Просыпаюсь весь в дерьме.

Капитан и с ним старпом
Полюбили микрофон.
И орут два маньяка
На бедолагу-моряка.

С капитаном я не дружен,
Нафиг такой кореш нужен.
Мне навешать столько смог
Лапши в рейсе… Демагог.

Шкерю рыбу за столом,
Сверху гавкает старпом.
Щас вот рыбину схвачу,
И старпома замочу.

С «Белолуцка» я вернусь –
Первым делом отосплюсь.
Буду по ночам орать
От кошмаров… Твою мать…

На обед была картошка,
В ней солярки есть немножко.
В гальюне потом у нас
Будто начадил КАМАЗ.

Двадцать суток я без бани,
Снится сон о белой ванне,
Мыло, чистая вода…
Тьфу – приснится ж ерунда.

Пора быть «врагам» на смену,
А их нет, какого хрена?
Не хотят вставать «враги»,
Вот какие пироги.
(прим. – «враги» – сменяющая вторая смена)

Отмечали Новый год,
Капитан плевался –
Тут мужик семь лет не пьёт,
Так и тот нажрался.

В трюме ящики летают,
Когда судно в шторм качает.
В трюм спустились моряки,
Слышу только матюки.

В Киркенес у нас заход,
«Белолуцк» туда бредет.
Больше ж некуда проситься –
Вся Европа обоссытся.
(прим.- Киркенес – мелкий порт на самом севере Норвегии)

За врача у нас старпом,
Лечит аспирином он.
Но когда в головке клин,
Не поможет аспирин.

Ветер, холодно, мороз,
Сопли забивают нос,
Брызгает в лицо вода.
Нафиг я пришел сюда?
Замерзают ноги, руки,
Обмерзает борода.
Жить вам до прихода, суки,
Кто послал меня сюда.

В Баренцухе рассекаем,
Яруса кругом бросаем.
Толку нету с ярусов –
Ни трески, ни палтусов.
(прим. – ярус – рыболовная снасть. Полуторакилометровая веревка с крючками)

Третий рейс на пароходе,
Не болею ничем, вроде.
Почему же на причале
Нас сейчас врачи встречали?

P.S. (после рейса)

Меня мучают кошмары,
Бьюсь об стену головой,
Прибегают санитары,
Что-то делают со мной.

Белизна и тишь палаты,
Я рубашкой спеленатый.
Апатитский дом для психов.
Медсестра… Укол… И тихо…

Мне 33. Ну, как Христу.
С чем к этой дате подошел?
Я на Голгофу не взошел,
И тяжкий крест свой не несу.

Мне 33. В карманах чисто.
Богатства, славы нет пока.
Не вынесла меня река
На чудный берег Монте-Кристо.

Мне 33. Я не успел
Еще найти свою дорогу.
Да надо мне совсем немного –
Чтоб в этой буре уцелел.

Мне 33. Куда иду,
Не видя цели и дороги?
Иду, пока выносят ноги
И, может быть, не упаду.

Мне 33. Хочу тепла,
Которое вначале было…
Судьба небрежно погасила,
И до сих пор не подожгла.

Где ты, любовь, что горела и плавила
Душу и сердце, голову буйную?
Где ты, любовь? Ты ушла и оставила
Холод и горечь, тоску шестиструнную.