Сергей Есенин - Том 3. Поэмы

С. 35. Оренбург, осажденный Хлопушей, // Ест лягушек, мышей и крыс. — Оренбургская блокада длилась 6 месяцев, с 5 октября 1773 г. по 23 (или 29 — так как 28-го Пугачев наведался в Берду и причинил некоторый ущерб городу) марта 1774 г. Пугачев не собирался брать город приступом: «Не стану тратить людей, — рассуждал он, — а выморю город мором» (Пушкин, 6, ч. I, с. 21). У мятежников поддерживался строгий военный порядок, почти каждый день проводились артиллерийские, кавалерийские и пехотные учения. Пугачевцы постоянно вели переписку с гарнизоном крепости, перехватывали курьеров и уничтожали запасы продовольствия. Большая часть лошадей, которых кормили хворостом из-за недостатка в сене, пала и послужила пищей для горожан, в результате чего им пришлось прекратить конные вылазки за город. По предложению акад. П. И. Рычкова, стали жарить бычьи и лошадиные кожи и, мелко изрубленные, добавлять в хлеб, что привело к болезням. По другому рецепту, пекли и варили говяжьи и бараньи кожи и продавали на базаре по цене ниже хлебной. Падуров писал губернатору: «…а здесь небезызвестно, что вы и мертвечину в честь кушаете» (Пушкин, 6, ч. II, с. 105, сноска 51; см. также Мордовцев, I, 234; Дубровин, II, 290; Пушкин, VI, 501).

С. 35. Шигаев — Максим Григорьевич Шигаев (1726–1775), яицкий казак, активнейший участник восстания 1772 г. в Яицком городке, один из 4-х уполномоченных по горячим следам событий отстаивать интересы казачества в Санкт-Петербурге.

На Таловском умёте Шигаев познакомился с Пугачевым, затем собирал для него казаков по верхнеяицким форпостам и успел привести до ста человек во время осады Оренбурга. Шигаев был поименован «графом Воронцовым» и назначен полковником. Во время отъезда Пугачева в Яицкий городок и Татищеву крепость оставался за него в Берде начальником восставших под Оренбургом и держал блокаду строже, чем она была при самозванце. Шигаев был назначен судьей и заведующим раздачей хлеба и денег в военной коллегии, учрежденной Пугачевым для управления краем и войсками после осады Оренбурга. К Шигаеву обратился с вопросом «что делать?» Пугачев 23 марта 1774 г. — на следующий день после поражения под Татищевой. Официальные власти тоже высоко, хотя и неодобрительно, характеризовали Шигаева: «весьма не глуп, тверд и был несколько раз в Петербурге», считали одним «из начальных способников злодейских», утверждали, что он «был злодейским любимцем» (Грот, 630). Казнен одновременно с Пугачевым (см.: Дубровин, II, 386; Пугачевщина, II, 107; Фирсов, 70, 91; Мордовцев, XVII, 128–129; Он же, I, 44, 251; Пушкин, 6, ч. I, с. 25, ч. II, с. 173–174, 220, 300, 315).

С. 35–36. Говорят, наступит глад и мор, // По сту раз на лету будет склевывать птица… — Ср. стихи духоборов о кончине мира и Страшном суде: «Будут глады в странах ваших. // Наведу на землю вашу птиц, // И те поедят остатки плодов», — глаголет пророк Давид (Стихи духовные. М., 1991, с. 222).

С. 36. Торнов — Василий Иванович Торнов (Тарнов, 1737–1775), по происхождению перс по имени Велит из г. Мешхеда, перебрался в 1750 г. в Ставропольский уезд как крестьянин-новокрещен, затем стал оренбургским неслужащим казаком, «двоекратно был в злодейской толпе, добровольно взял Нагайбак и чинил в тех местах великие разорения и смертоубивства» (Грот, 631. — Ср: Пушкин, 6, ч. II, с. 174). Торнов командовал отдельными отрядами и заслужил у правительства и военачальников оценку «великий плут» и «бывший в Казани под караулом знаменитый злодей Тарнов» (Грот, 630, 579; см. также: Мордовцев, I, 251). Был пойман в конце августа 1774 г. в 25 верстах от Черного Яра при преследовании конницей разбитого Пугачева с сотней сообщников, спасавшихся бегством по нагорной стороне Волги. Торнов разделил участь Шигаева и был повешен в Москве.

С. 39. Ветер качает рожь. — Действие 7-й главы относится к промежутку от 27 августа до 14 сентября 1774 г., ибо упомянутые в поэме события поддаются точной датировке: 26 августа произошло поражение под Сарептой; задача И. И. Михельсона ловить Пугачева была перепоручена прибывшему в Царицын 1 сентября А. В. Суворову, а 14 сентября пугачевцы провели последнее совещание по поводу выдачи бунтовщика в селении староверов на Узенях (см.: Фирсов, 108; Пушкин, 6, ч. I, с. 48, 77, ч. II, с. 206, сноска **; Мордовцев, I, 186; Дубровин, III, 273).

С. 39. Чумаков — Федор Федотович (по др. сведениям — Федорович) Чумаков (1729 — не ранее 1786), яицкий казак, почти с самого начала восстания находился в лагере Пугачева, доставлял его указы жителям разных городов. Как начальник артиллерии по приказу Пугачева забирал порох, свинец и снаряды из побежденных крепостей. Проявлял инициативу: отправленный в Цивильск за лошадьми, разграбил город, повесил воеводу с женой и других. Именовался «графом Орловым», имел «чин» генерал-фельдцейхмейстера, стал предателем Пугачева. В «Журнале присутствия в московском Сенате 31 декабря» отмечалось, что «Чумаков самый первый, который восчувствовал раскаяние в совести своей, видя простираемые злодейства извергом» еще при поражении под Татищевой крепостью и сделался организатором заговора (см.: Грот, I, 633, 597, 599, а также Пугачевщина, II, 151; Мавродин, 113; Мордовцев, I, 223; Дубровин, II, 17, III, 114, 120, 217, 251; Пушкин, 6, ч. II, с. 220, сноска*).