Марина Цветаева - Полное собрание стихотворений

И внятно мне, пьяной,

Из чрева – и в чрево:

– Мама!

Все рядком лежат —

Не развесть межой.

Поглядеть: солдат.

Где свой, где чужой?

Белый был – красным стал:

Кровь обагрила.

Красным был – белый стал:

Смерть побелила.

– Кто ты? – белый? – не пойму! – привстань!

Аль у красных пропадал? – Ря – азань.

И справа и слева

И сзади и прямо

И красный и белый:

– Мама!

Без воли – без гнева —

Протяжно – упрямо —

До самого неба:

– Мама!

Декабрь 1920

Вопль стародавний,

Плач Ярославны —

Слышите?

С башенной вышечки

Неперерывный

Вопль – неизбывный:

– Игорь мой! Князь

Игорь мой! Князь

Игорь!

Ворон, не сглазь

Глаз моих – пусть

Плачут!

Солнце, мечи

Стрелы в них – пусть

Слепнут!

Кончена Русь!

Игорь мой! Русь!

Игорь!

Лжет летописец, что Игорь опять в дом свой

Солнцем взошел – обманул нас Баян льстивый.

Знаешь конец? Там, где Дон и Донец – плещут,

Пал меж знамен Игорь на сон – вечный.

Белое тело его – ворон клевал.

Белое дело его – ветер сказал.

Подымайся, ветер, по оврагам,

Подымайся, ветер, по равнинам,

Торопись, ветрило-вихрь-бродяга,

Над тем Доном, белым Доном лебединым!

Долетай до городской до стенки,

С к о ей п о миру несется плач надгробный.

Не гляди, что подгибаются коленки,

Что тускнеет ее лик солнцеподобный...

– Ветер, ветер!

– Княгиня, весть!

Князь твой мертвый лежит —

За честь!

Вопль стародавний,

Плач Ярославны —

Слышите?

Вопль ее – ярый,

Плач ее, плач —

Плавный:

– Кто мне заздравную чару

Из рук – выбил?

Старой не быть мне,

Под камешком гнить,

Игорь!

Дёрном-глиной заткните рот

Алый мой – нонче ж.

Кончен

Белый поход.

5 января 1921

С Новым Годом, Лебединый стан!

Славные обломки!

С Новым Годом – по чужим местам —

Воины с котомкой!

С пеной у рта пляшет, не догнав,

Красная погоня!

С Новым Годом – битая – в бегах

Родина с ладонью!

Приклонись к земле – и вся земля

Песнею заздравной.

Это, Игорь, – Русь через моря

Плачет Ярославной.

Томным стоном утомляет грусть:

– Брат мой! – Князь мой! – Сын мой!

– С Новым Годом, молодая Русь

З а морем за синим!

Москва, 13 января 1921

От Ильменя – до вод Каспийских

Плеча рванулись в ширь.

Бьет по щекам твоим – российский

Румянец-богатырь.

Дремучие – по всей по крепкой

Башке – встают леса.

А руки – лес разносят в щепки,

Лишь за топор взялся!

Два зарева: глаза и щеки.

– Эх, уж и кровь добра! —

Глядите-кось, как руки в боки,

Встал посреди двора!

Весь мир бы разгромил – да проймы

Жмут – не дают дыхнуть!

Широкой доброте разбойной

Смеясь – вверяю грудь!

И земли чуждые пытая,

– Ну, какова мол новь? —

Смеюсь, – все ты же, Русь святая,

Малиновая кровь!

31 января 1921

Как нежный шут о злом своем уродстве,

Я повествую о своем сиротстве...

За князем – род, за серафимом – сонм,

За каждым – тысячи таких, как он,

Чтоб, пошатнувшись, – на живую стену

Упал и знал, что – тысячи на смену!

Солдат – полком, бес – легионом горд.

За вором – сброд, а за шутом – всё горб.

Так, наконец, усталая держаться

Сознаньем: перст и назначеньем: драться,

Под свист глупца и мещанина смех —

Одна из всех – за всех – противу всех! —

Стою и шлю, закаменев от взлёту,

Сей громкий зов в небесные пустоты.

И сей пожар в груди тому залог,

Что некий Карл тебя услышит, рог!

Mapт 1921

Как закон голубиный вымарывая, —

Руку судорогой не свело, —

А случилось: заморское марево

Русским заревом здесь расцвело.

Два крыла свои – эвот да эвона —

........... истрепала любовь...

Что из правого-то, что из левого —

Одинакая пролита кровь...

Два крыла православного складеня —

.............. промеж ними двумя —

А понять ничего нам не дадено,

Голубиной любви окромя...

Эх вы правая с левой две варежки!

Та же шерсть вас вязала в клубок!

Дерзновенное слово: товарищи

Сменит прежняя быль: голубок.

Побратавшись да левая с правою,

Встанет – всем Тамерланам на грусть!